Рубрика: Статьи

«Viberi» НАЗНАЧЕНИЯ И УВОЛЬНЕНИЯ
«Viberi» НАЗНАЧЕНИЯ И УВОЛЬНЕНИЯБИЗНЕСБанк Москвы. Директором краснодарского филиала назначена Тамара Ломидзе, которая до этого занимала должность заместителя директора филиала.
Международный московский банк. Заместитель начальника управления розничного кредитования Андрей Князев стал начальником этого управления.
Московский залоговый банк. Вице-президентом назначен Алексей Чернышев. До этого он был советником председателя правления банка «Губернский».
«Энергокапитал». Финансовым директором инвестиционной компании назначен Дмитрий Соколов.
Delta Private Equity Partners. Роман Симонов назначен управляющим директором.
«Копейка». Президентом компании назначен Сергей Солодов, ранее – председатель совета директоров. Бывший президент Александр Самонов отошел от оперативного управления, но остался в совете директоров. Вместо Виктора Шлепова исполнительным директором дирекции экономики и финансов назначен его заместитель Александр Сидоренко.
«Рамэнка». Гендиректором компании, управляющей розничной сетью «Рамстор», вместо Мустафы Саглама стал заместитель гендиректора по маркетингу материнской структуры Migros Turk Ихсан Усель.
«Мостелеком». Антон Осипчук уступил кресло генерального директора Дмитрию Костачеву, бывшему гендиректору «Центртелекома».
«Сибирьтелеком». Контракт с гендиректором Анатолием Никулиным не продлен. Временно его обязанности исполняет первый заместитель Иван Дадыкин.
«Волгателеком». Заместителем гендиректора – директором оренбургского филиала назначен Валерий Шиперев. Прежде он был директором департамента телекоммуникаций.
«Славнефть». Исполнительный директор Олег Щеголев освобожден от занимаемой должности. Она будет упразднена.
МТС. Экс-коммерческий директор цифровой сети «Aкадо» Сергей Бешев стал директором макрорегиона «Москва».
«Нытва». Александр Ивашкин назначен управляющим директором.
«Миэль-недвижимость». Директором департамента консалтинга и исследований стал Айдар Галеев, возглавлявший до этого отдел аналитики и оценки.
ВЛАСТЬМВД. Владимир Кучеров назначен начальником Главного управления МВД по УФО.
Верховный суд, краевые и областные суды. Председателем Верховного суда Якутии назначена Людмила Горева, председателем Краснодарского краевого суда – Александр Чернов, председателем Брянского областного суда – Алексей Пыталев, председателем Костромского областного суда – Вячеслав Иванов, председателем Курского областного суда – Василий Золоторев, председателем Псковского областного суда – Валерий Кондратьев.

«Viberi» В ожидании «семерки»
«Viberi» В ожидании «семерки»В преддверии встречи министров финансов «Большой семерки» объемы торгов на валютном рынке заметно упали. Игроки мало внимания обращали на экономические показатели (исключением были данные по рынку труда США). Заседания по ставкам ЕЦБ и Банка Англии, состоявшиеся в четверг, также мало отразились на настрое рынка. Даже укрепление фунта стерлингов после повышения ставки носило кратковременный характер. А вот высказываниям регуляторов инвесторы внимали затаив дыхание. Рынок пытался уловить малейшие подсказки относительно того, какими будут итоги заседания в Бока-Рейтоне. В начале недели многих одолевали опасения, что «семерка» может принять соглашение об ограничении роста евро к доллару. Это оказало поддержку американской валюте. Однако во вторник комментарии Джона Сноу и Эрнста Вельтеке заставили рынок усомниться в том, что подобное соглашение может быть достигнуто. Вдобавок в здании Сената США был найден яд рицин, и это напоминание об угрозе международного терроризма сработало против доллара. В результате он потерял около 1% против европейских валют. Еще один шок американская валюта испытала в четверг: данные по безработице неожиданно оказались гораздо хуже ожидаемых.
В ответ на эту новость евро подскочил выше $1,26, однако затем комментарии Бена Бернанке вернули его к исходным позициям. Инвесторы восприняли слова чиновника как намек на то, что ФРС всерьез обдумывает повышение ставки. А в пятницу данные о занятости в США настолько разочаровали инвесторов, что евро всего за пару часов взлетел выше $1,27.

«Viberi» Куда вкладывать\?
«Viberi» Куда вкладывать\?ПрофессионалАнастасия Зотеева, генеральный директор «Русэнерго­инвест Групп»:– Если благодаря стараниям, труду, экономии появились средства, которые вы готовы вложить с целью их сохранения и роста, помните: что бы вам ни обещали и ни гарантировали, это будет ваш выбор и ваша безусловная ответственность. Конечно, государство обозначает некоторые законодательные рамки, которые хеджируют основные риски невозврата, но объемы увеличения денег – это только профессионализм портфельных менеджеров. Нужно быть готовым к самым неожиданным поворотам. Например, управляющие паевыми фондами обязаны предупреждать, что не гарантируют доходность, которую демонстрировали ранее. Поэтому нужно внимательно изучать предложения, вникать в динамику предыдущих периодов.
ЛюбительТугрул Агырбаш, генеральный директор «Эфес ­Россия»:– Я предпочитаю хранить деньги на банковских депозитах, причем валютные вклады теперь менее выгодны, чем рублевые. В целом российская экономика, несмотря на колебания, демонстрирует существенный рост, поэтому один из самых перспективных способов увеличения капитала я вижу в ПИФах. Кроме того, целесообразно приобрести полис накопительного страхования для своей семьи – это и способ вложить средства, и защита от непредвиденных ситуаций.

«Viberi» ЧТО БУДЕТ
«Viberi» ЧТО БУДЕТ27 ноябряКомиссия Росприроднадзора проверит четыре месторождения «Газпрома» в Ямало-Ненецком автономном округе: Обскую губу, Каменномысскую площадь, а также Чугурьяхинское и Харасавейское месторождения.
2-я всероссийская конференция «Эксплуатация жилой и коммерческой недвижимости» пройдет в Москве.
28 ноября«Круглый стол» «Инфокоммуникации России: опыт и перспективы инвестиционных проектов» пройдет в Москве. В мероприятии примут участие начальник Экспертного управления администрации президента Аркадий Дворкович, заместитель министра информатизации и связи Дмитрий Милованцев и руководитель ФСФР Олег Вьюгин.
Магнитогорский меткомбинат. Акционеры примут решение о выплате дивидендов за 9 месяцев 2006 года в размере 0,91 рубля на акцию.
29 ноябряПрезидент Индонезии Сусило Бамбанг Юдойоно посетит Россию с официальным визитом.
В Совете Федерации состоится двенадцатое заседание Совета по развитию малого и среднего предпринимательства на тему «О развитии малого и среднего предпринимательства в сельскохозяйственном производстве России». Проведет заседание председатель СФ Сергей Миронов. С докладом выступит заместитель министра сельского хозяйства Александр Козлов.
Компания «Мобильные телесистемы» объявит финансовые результаты по US GAAP за третий квартал 2006 года.
30 ноябряЦеремония награждения Национальной банковской премии пройдет в Доме приемов администрации президента.
РАО «ЕЭС России». Акционеры рассмотрят внесение дополнений и изменений в устав, касающихся дивидендной политики холдинга.
Уфимское моторостроительное ПО. Акционеры рассмотрят вопрос об увеличении уставного капитала на 25% – до 332,6 млн путем размещения дополнительных акций.
1 декабряЭкспортная пошлина на нефть будет установлена в размере $180,7 за тонну.
«Депозитарно-клиринговая компания» внесет изменения в действующие тарифы на предоставление своих услуг. Основная новация заключается в переходе к тарификации услуг ДКК с долларов США на рубли.
«Мотовилихинские заводы». Акционеры рассмотрят вопрос о переходе компании на МСФО.
2 декабряНациональный проект «Достойный труд» будет представлен на съезде партии «Единая Россия» в Екатеринбурге. Согласно ему, средняя зарплата в России в ближайшие 2–3 года должна вырасти до 25 тыс. рублей.
3 декабря Состоятся президентские выборы в Венесуэле, которая является пятым в мире экспортером нефти. Высокие шансы на победу в выборах имеет нынешний президент страны Уго Чавес.

«Viberi» Артем Федоров о рефинансировании ипотеки
«Viberi» Артем Федоров о рефинансировании ипотекиПрибыльМалые банки способны сохранять стабильность, а некоторые – даже развиваться в кризисУбытокКовенанты в России оказались слабой защитой для кредиторов TweetНе спасут и многих россиян, оказавшихся под угрозой личного банкротства из-за кризиса и понадеявшихся на помощь властей. Глава Агентства по реструктуризации ипотечных жилищных кредитов (АРИЖК) Андрей Языков признал, что до 40% заемщиков, вероятно, не смогут восстановить свою платежеспособность в течение 12 месяцев – льготного периода стабилизационного займа. Если прогноз сбудется, то при полной загрузке программы (в этом году под нее зарезервировано 30 млрд рублей) 12 млрд, выделенных на выплаты аннуитетов и в погашение кредитов, вернутся только вВ случае успешной реализации предмета залога – единственного жилого помещения заемщика.Говорить о надежности В«клиентовВ» АРИЖК неуместно. Их доходы за вычетом ежемесячного платежа по ипотеке не превышают трех прожиточных минимумов (это немногим более 15 тыс. рубВ­лей в среднем по России), сбережения отсутствуют, а продажа прочего имущества не способна изменить ситуацию. Единственное положительное качество, с точки зрения кредитора, – отсутствие более чем 90-дневной просрочки В«до ухудшения финансового положенияВ». В ставку же по спасательному займу риски не закладываются, она не должна превышать проценты по текущему ипотечному кредиту. Кроме того, выбравшись при помощи АРИЖК из кризиса однажды, заемщик может вновь оказаться в преддефолтном состоянии. Тем более что с истечением льготного периода стоимость обслуживания долга, по расчетам агентства, вырастет сразу на 10–15%. Трудно представить, чтобы коммерческий банк согласился на такие условия при 40-процентном риске портфеля. Уж лучше сейчас продать заложенную квартиру проблемного клиента, чем дожидаться, пока массовые выселения еще больше продавят рынок недвижимости.Эффективность госпрограммы рефинансирования, конечно, невысока, если смотреть на нее глазами простого налогоплательщика. У банкиров может быть иной взгляд: дефолты откладываются как минимум на год, все это время поток платежей остается стабильным. Ну а проблемы, связанные с выселением заемщика, банк, если что, разделит с государством. Рефинансируя ипотечные кредиты, оно отчасти В«прощаетВ» ошибки андреррайтинга, слишком лояльного во времена экономического роста. И все же в контексте поддержки кредитных организаций программа АРИЖК обретает больший смысл, чем он видится в В«расслабленииВ» заемщиков.В любом случае эти меры локальны. Общая задолженность по ипотечным жилищным кредитам превышает 1 трлн рублей, из них чуть менее 19 млрд – просроченная. Но просроченная – это лишь малая часть проблемной. Причины, ее порождающие, вряд ли исчезнут за 12 месяцев. Даже по официальным прогнозам.

«Viberi» — Блоги — Артем Федоров (30.05.2009)
«Viberi» — Блоги — Артем Федоров (30.05.2009)В ноябре 20% годовых по вкладам были верным признаком проблем с ликвидностью, но сегодня это, возможно, рыночная цена длинных денегПроценты по вкладам растут с удивительной скоростью. Видно и по официальной статистике: в апреле ЦБ обнаружил среднюю ставку по депозитам граждан до 1 года на уровне 12,5% годовых. Это значение не учитывает вклады до востребования и искажающие общую картину данные «Сбера». По сравнению с мартом прирост – 0,4 п. п., с январем – 1 п. п. А например, в мае 2008-го показатель был на уровне 7,4%. Но сегодня и 12,5% выглядят очень скромно. С началом летнего сезона по банкам прошла новая волна повышения ставок. ЦБ насторожился, его глава Сергей Игнатьев пригрозил разобраться со слишком щедрыми участниками рынка. Он и его коллеги из АСВ опасаются, что при такой стоимости ресурсов основная деятельность кредитных организаций окажется убыточной сама по себе, даже без учета расходов на формирование резервов. Что удивительно, по информации того же ЦБ, ставки по кредитам нефинансовым организациям снижаются: среднее значение апреля – 15,9% против январских 17,4%. Маржа падает.Получается, банки загоняют себя в угол? Необязательно. Ставки под 20% годовых появлялись на рынке еще в октябре-ноябре – вскоре после повышения гарантий по вкладам. Тогда они должны были пробудить жадность в клиентах и остановить их бегство. Но сегодня депозитная база растет (на 1,6% за апрель). Средства граждан постепенно замещают беззалоговые кредиты ЦБ. По состоянию на 29 мая совокупный объем обязательств по ним равнялся 877 млрд рублей против почти 1,8 трлн в начале года. Кстати, не многие банки в своих предложениях для вкладчиков перебивают средневзвешенную ставку на беззалоговых аукционах (26 мая по трехмесячным кредитам она составила 14,96%). А среди тех, кто перебивает, не только небольшие региональные операторы, но и, например, «Сосьете Женераль», который предлагает 16% годовых при сумме 25 млн руб­лей и сроке три месяца.Ну а 20% годовых – ставка для тех, кто готов расстаться с деньгами не меньше чем на два года. С учетом «длины» такое фондирование не кажется запредельно дорогим. Кредитуя под 24–25% годовых на срок до 6 месяцев, банк своего не упустит уже в силу быстрой оборачиваемости денег. Риски, конечно, велики. Они велики и по системе в целом. А за риск положена премия. Которая закладывается в цену денег.Все по-честному за исключением одного – риск должен нести тот, кто рассчитывает на премию. В данном случае – вкладчик. Но сегодня он от этого бремени освобожден (в пределах 700 тыс. рублей). Вместо запугивания банков я бы на месте властей постепенно приучал граждан к ответственности за свои финансовые поступки. Для начала отменил бы гарантии по доходности, распространив их только на «тело» депозита.

«Viberi» Будущее венчуров: медведи только на флагах?
«Viberi» Будущее венчуров: медведи только на флагах?
Перспектива. «Viberi» разбирался, есть ли у венчурного рынка циклы и где он сейчас находится – на подъеме или на спаде? Индустрия венчурных инвестиций еще молода, что, несомненно, затрудняет понимание законов ее развития. В компании PricewaterhouseСoopers (PwC), например, ведут наблюдения за объемами инвестиций в венчурную отрасль лишь с 1995 года, а сам график притока денег выглядит как одна большая скала с пиком в 2000 году.Действительно, если судить в масштабах эпохи дот­комов, то до и после – это просто выжженная земля. Ведь о таком интересе инвесторов к старт­апам, особенно к новомодным технологическим штучкам, что был в канун смены тысячелетий, сейчас можно только мечтать: каждый квартал в проекты приходило по $15–20 млрд, иногда доходило и до $27 млрд. Для сравнения: в первом и втором кварталах 2010 года в индустрию пришло по $4,8 и 6,5 млрд соответственно. Феноменальный приток средств в венчурные фонды США в 2000 году весом в $100 млрд (по данным MoneyTreeReport, подготовленного PwC и NVCA) сменился застоем, во время которого годовые объемы упали до $20 млрд. Восстановление наметилось к 2007 году – объем привлеченных средств достиг $30 млрд, но уже в 2008-м пошел на спад, а в 2009-м упал ниже $20 млрд, чего не было с 2003 года. Приток денег в стартапы отчас­ти соответствует движению фондовых рынков, которые также росли в конце 1990-х и в 2005–2007 годах. При этом доткомовский пузырь имел именно венчурную природу.Так есть ли там циклы? Венчурный рынок очень специфичен. Помимо его молодости, многие эксперты указывают на относительную закрытость индустрии. «Венчурное инвестирование – это удел либо циничных профессионалов, либо богатых филантропов, простые же инвесторы могут попасть на него лишь опосредованно», – говорит Андрей Мовчан, управляющий партнер «Третьего Рима». Обращают на себя внимание и такие особенности рынка, как долговременный характер инвестиций и их неликвидность. «В момент совершения сделки венчурный инвестор не может угадать, в каком цик­ле окажется рынок, когда придет время выходить из портфельной компании», – говорит Евгений Зайцев, генеральный партнер Helix Ventures.Кроме того, возможно, ключевой особенностью рынка является наличие такого мощного игрока, как государство, чье присутствие еще более затрудняет возможности оценки циклов. «Государственный рынок венчуров, конечно, не является циклическим, так как зависит от политической воли, а не от экономики, – рассказывает Андрей Мовчан, – частный же венчурный рынок, конечно, зависит от отношения инвесторов к риску – чем они больше боятся, тем для венчуров хуже».Некоторые участники рынка связывают цикличность с общей макроэкономикой. По мнению Артема Юхина, директора отдела управления фондами венчурных инвестиций TroikaCapitalPartners, венчурный бизнес по своей сути цикличен (фонды постоянно создаются и закрываются), а по отношению к классическим рынкам капитала  он  контрцикличен. «Вкладывать в разработку продукта в момент, когда целевой рынок сбыта еще не восстановился, – самое подходящее время. Продаж на этапе разработки все равно нет, так что кризис не мешает, да и на рынке труда проще найти специалистов», – развивает мысль Артем Юхин. Только статистика привлечения капитала в венчурные фонды в США в посткризисные годы эту логику почему-то не подтверждает. В 2008 году собрали почти $30 млрд, но это все равно меньше, чем в 2007 году. Правда, если сравнивать с масштабами падения фондового рынка, то венчурные капиталисты показали себя более устойчивыми. Может, это и был рост на фоне кризиса?Новая волна. Даже с учетом всех особенностей венчурного рынка нельзя забывать о том, что его возрождение пришлось аккурат на период роста фондовых рынков в 2009 году: Wall Street начал оттаивать весной, и именно в это же время стартапы вдруг снова начали получать финансирование. Сегодня же в отрасли переломный момент, считают многие эксперты. Ликвидности много, но страх остался. «С одной стороны, готовность к риску у инвесторов сильно упала, и это крайне депрессивно сказывается на индустрии. С другой – обилие ликвидности дает надежду на быстрое восстановление интереса к венчурам, как только рынки убедятся в начале следующей фазы роста. Надо только учитывать, что за время недофинансирования в течение 2008–2010 годов масса венчуров и даже направлений просто умерли и восстановить тот же уровень развития индустрии ранних стадий будет не просто и не быстро – а значит, выбор для будущих инвесторов будет существенно сокращен», – говорит Андрей Мовчан.Какие еще неизвестные усложняют быстрое ралли в стартапах? Оказывается, все тот же призрак доткомов. «С момента доткомовского пузыря в венчурные фонды было влито слишком много капитала, и на волне эйфории конца 1990-х появилось очень много новых венчурных групп, – рассказывает Евгений Зайцев, генеральный партнер Helix Ventures. – Переизбыток капитала негативно сказался на доходности венчурных фондов: капитал использовался неэффективно. В бизнесе появилось много инвесторов без достаточного опыта инвестирования и знания отрасли».Прочь от риска. Еще одной особенностью индустрии, проявившейся в последнее десятилетие, стало смещение инвестиций – с ранних на более зрелые стадии венчуров. Причин называется несколько. «Прежде всего, успех предыдущих фондов. Этот успех, как правило, приводит к тому, что каждый новый фонд под управлением венчурной фирмы становится крупнее. А из крупных фондов невозможно делать небольшие и эффективные ранние инвестиции. Вторая причина в том, что поздние инвестиции требуют гораздо меньшего вовлечения инвесторов и не требуют высоких компетенций управляющих», – перечисляет Евгений Зайцев. Константин Фокин, президент Российской ассоциации бизнес-ангелов, совсем не так пессимистичен – возможно, потому, что он имеет дело как раз с бизнес-ангелами, инвесторами-энтузиастами, которые первыми дают деньги условному «чудаку-инженеру» – будущему создателю Google или Youtube. «Вокруг всегда есть люди, готовые рискнуть частью своего капитала ради чего-то интересного и захватывающего. Их состав со временем меняется, но они есть и будут всегда. Важно, что их количество постепенно увеличивается с ростом количества людей, у которых: а) есть лишние деньги, б) они что-то понимают или думают, что понимают в бизнесе и, наконец, в) они получают от этого удовольствие», –  делится своими наблюдениями Константин Фокин.Венчурфэшн. Мода для венчурной индустрии – тоже не последнее слово. Венчурные инвестиции и их течение, как и капитал на других рынках, во многом подвержены представлению массового инвестора о том, где сейчас наиболее выгодны вложения.  Вообще венчурные проекты можно смело делить на эпохи: то микросхемы в почете, то персональные компьютеры, потом появляются мобильные устройства, интернет, шумиха вокруг расшифровки генома и связанных с ним биотехнологий. Прорывные технологии – это всегда повод для привлечения капитала, а характерный признак времени – отраслевые фонды, растущие как на дрожжах. Стоит ли следовать венчурной моде на какие-то отдельно взятые технологически сегменты? «У «модных» инвестиций всегда одна проблема – успеете ли вы развить проект и выйти из него раньше, чем он выйдет из моды», – предостерегает Артем Юхин. В целом же и в стратегиях выхода из проектов произошли серьезные изменения. С накоплением опыта венчурные капиталисты и стартаперы обрастают и средствами, и связями, а если они серийные предприниматели, то новые стартапы финансируют за счет собственных средств, бизнес-ангелов и круга знакомых. «К венчурным фондам теперь идут, имея более продвинутую фазу развития стартапов, – отмечает тенденцию Алексей Ковш. –  Это позволяет основателям продавать доли в компаниях за более высокую цену, избегая размытия собственной доли. Для фондов это означает снижение уровня возврата инвестиций на выходе. По сути, сейчас венчурники сами охотятся за интересными проектами».При этом такой механизм, как вывод объекта инвестирования на IPO, по-прежнему не пользуется большой популярностью, хотя показывает восстановление. «Количество выходов на IPO компаний с участием венчурного капитала во втором квартале 2010 года впервые с 2007 года выросло в два раза, что является многообещающим признаком, но количество кандидатов на IPO, которые отозвали свои заявки, указывает на нестабильность рынка», – рассказывает Джессика Каннинг, директор по исследованию мировых рынков DowJonesVentureSource. В поисках менее хлопотного пути, чем IPO, венчурные капиталисты все чаще смотрят в сторону продажи проектов стратегам – тем более что Apple, Microsoft, Google, IBM, Oracle, Cisco, Intel и HP вместе с лидерами фармацевтической отрасли J&J, Pfizer и Amgen располагают $250 млрд свободных средств и краткосрочных инвестиций. Имея таких покупателей, можно и не думать об IPO – этих накоплений вполне хватит для создания аналога пузыря доткомов, что позволило бы с уверенностью говорить о повторяемости венчурных циклов.Нет медведей, кроме «единороссов». Остается вопрос, что будет с рынком венчуров, памятуя, что нынешнее десятилетие будет, по мнению большинства экспертов, медвежьим. «Совершенно не очевидно, что это период медвежьего рынка, – не согласен Андрей Мовчан, управляющий партнер «Третьего Рима», – скорее следует ожидать, что нынешняя монетарная политика и рост новых экономик должны привести к перелому через год-два и бурному инфляционному росту. Венчуры будут нужны. По словам Мовчана, вопрос скорее не в направлении рынка, а в том, кто на нем будет доминировать. «Госучастие становится трендом ближайшего будущего – идеологическая основа этого понятна: кажется, что прорывов в технологиях не достичь, если оставить процесс нежного взращивания ростков нового в грубых руках частного инвестора. На практике, конечно, все, что вообще выросло в мире из области прорывных технологий, выросло в грубых, но умелых руках капиталистов», – поясняет свою точку зрения Андрей Мовчан. Константин Фокин, специалист по бизнес-ангелам, на тему медведей и вовсе отшучивается: «В медведей не верю, если только «единороссов» не считать. Кстати, на флаге штата Калифорния – родины Кремниевой долины – я увидел тоже медведя. И если речь идет про этих медведей, то да – рынок будет медвежьим».

«Viberi» Журнал Выбери!by прогнозировал
«Viberi» Журнал Выбери!by прогнозировал22.09.03 $400 не за горами?В материале под таким заголовком журнал «Выбери!by» анализировал взаимосвязь цен на золото с динамикой валютной пары доллар-евро. Тогда цены на желтый металл находились в районе $378 за тройскую унцию (31,1 г), а за евро давали 1,1169 доллара. Стоит отметить, что тогда стоимость евро была намного ниже своих максимальных уровней, однако на рынке отчетливо формировалась тенденция к его росту. В результате был сделан вывод, что при продолжении роста стоимости евро вместе с единой валютой будет дорожать и золото, в результате чего его цена обязательно попробует на прочность ключевой уровень в $400 за унцию.
На прошлой неделе стоимость европейской валюты превысила свой исторический максимум, надежно закрепившись выше уровня в $1,2 за евро, а цена на золото уверенно преодолела рубеж в $400 за унцию, и теперь аналитики, разочарованные перспективами американской экономики, видят в качестве ближайших ценовых ориентиров уровни в $406 и $412 за тройскую унцию.
За последние 15 лет было четыре периода на рынке золота, когда цены выходили в диапазон $400-425 за унцию, — в 1989, 1990, 1993 и 1996 годах. Правда, стоимость желтого металла каждый раз находилась в этом диапазоне в течение одного-двух месяцев. Похоже, что сейчас ситуация кардинально другая. Причина в проблеме американской экономики, которая выражена в виде огромных дефицитов бюджета страны и ее платежного баланса. Для ее исправления двух месяцев явно не хватит, а потому можно рассчитывать, что стоимость золота продержится выше $400 за унцию гораздо более длительный период.

«Viberi» Виктор Геращенко: "Кто вовремя не купит сомбреро, тот сгорит под палящим солнцем"
«Кто вовремя не купит сомбреро, тот сгорит под палящим солнцем»- Виктор Владимирович, по мнению многих специалистов, после вашего ухода с поста председателя Банка России ЦБ потерял позиции независимого органа денежно-кредитной политики. Действительно ли ЦБ так ослаб?
— ЦБ в соответствии с законом и Конституцией является независимой организацией, но в то же время это не какой-то замок из слоновой кости, где совет директоров сидит и определяет, что было бы наиболее правильным без какого-либо согласования с ведомствами, такими как Минэкономразвития и Минфин в первую очередь. Часто возникают споры, что именно применять в денежно-кредитной политике, какие цели ставить. Влияние Минфина в таких случаях зачастую зависит от взаимоотношений, которые складываются между двумя руководителями организаций.
Я перевидал и слышал много про председателей Центрального банка нашей страны начиная с 1948 года, и я бы сказал, что в тех случаях, когда они приходили из Минфина, ЦБ чаще, если можно использовать такое вульгарное слово, «ложился» под Минфин, чем это необходимо для дела. В данном случае я не хотел бы быть каким-то оракулом или предсказателем, потому что в целом считаю, что экономика развивается неплохо. Основная задача ЦБ — обеспечение стабильности курса рубля — выполняется.
— Но не слишком ли ЦБ увлекся борьбой с инфляцией?
— Борьба с инфляцией — важная задача, но говорить, что это первичная и основная задача ЦБ в нынешних условиях, вряд ли правильно. Она не может быть достигнута только усилиями ЦБ, особенно в условиях, когда мы стоим на грани довольно ответственных структурных преобразований, связанных с тарифной политикой в таких областях, как транспорт, энергетика и жилищно-коммунальное хозяйство. И здесь, что бы ЦБ ни делал, дай Бог, если в 2004 году удастся добиться, чтобы инфляция была 8-9%.
Можно ссылаться на опыт западноевропейских стран, где борьба с инфляцией является одним из основных постулатов денежно-кредитной политики. Но нельзя забывать и о том, что она также должна способствовать росту экономики — так сказано в законодательстве о Федеральной резервной системе США. Эти вещи зачастую противоречивы. Вот и спорим, что важнее: снижать инфляцию или иметь больший рост цен, но при этом и больший рост экономики, большую занятость.
— Минфин предлагает бороться с излишним укреплением рубля. В то же время первый зампред Банка России Олег Вьюгин подчеркивает, что ЦБ не собирается вмешиваться в ситуацию на валютном рынке, поскольку сегодня главная задача — удержание инфляции в пределах 12%. Правильно ли удерживать инфляцию, в то время как сильный рубль мешает развиваться промышленности?
— Олег Вьюгин третий год бьется с поставленной задачей — не допустить инфляцию больше определенного уровня. Решение этой задачи показывает способность и ЦБ, и правительства в какой-то степени правильно прогнозировать цены и инфляцию. Особенно это актуально, на мой взгляд, в сегодняшних условиях довольно приличного положительного платежного баланса и роста золотовалютных резервов. Сейчас у ЦБ есть возможность оказывать стабилизирующее влияние на курс. Кроме того, в связи с предстоящими парламентскими выборами и выборами президента в первом квартале будущего года особенно важно для всех экономических органов удержать инфляцию в объявленных рамках. Хотя в финансовых кругах идет много дискуссий на данную тему.
— Как вы можете прокомментировать заявления руководителей Министерства финансов касательно внешних заимствований?
— Честно говоря, я был в командировке и не отслеживал все заявления, сделанные представителями правительства. Заявление Колотухина о том, что Всемирный банк якобы должен пересмотреть проценты по своим кредитам, я слышал. В целом при кредитных взаимоотношениях можно ставить вопрос о пересмотре условий перед кредитором, но кредитор не обязан с этим соглашаться. Это возможно только в том случае, если условия действительно становятся несправедливыми или ставка была зафиксирована с самого начала, а условия на мировом денежном рынке или рынке той валюты, в которой предоставляется кредит, резко изменились. Все зависит от того, как фондируется банк, за счет каких капиталов и резервов и каких привлеченных средств.
Постановка вопроса публично — это не метод проведения переговоров по проблемам весьма деликатного свойства. Всемирный банк большинство кредитов выдает под определенную экономическую политику, на определенные цели и определенным субъектам кредитования. Так что мне заявление Колотухина не очень понятно, но это дело Министерства финансов, в котором он работает заместителем министра.
— Нужно ли правительству создавать стабилизационный фонд, о котором так много говорят в последнее время?
— Я понимаю, что государству нужны резервы, чтобы быть способным платить по своим внешними долгам, реформировать экономику. Резервы ЦБ юридически не являются резервами государства. Можно, конечно, накапливать стабилизационный фонд, и назвать его фондом будущих проколений, но когда скоро предстоят довольно крупные платежи по внешним долгам, мне это не очень понятно.
Так что, прежде чем говорить о будущем поколении, нынешнее поколение надо обеспечить достойной жизнью, для того чтобы оно могло рожать детей, воспитывать их, учиться. Слишком много проблем. А создавать резерв в валюте — это вообще большая глупость. Если мы выступаем за дополнительную либерализацию валютного регулирования и контроля и государство имеет доходы, то для чего тогда держать резервы в валюте? Государство, как и население, хочет обезопасить себя от инфляции?
— А как же тогда быть с профицитом бюджета? Куда нужно направлять дополнительные доходы?
— Профицит бюджета у нас — это прекрасная вещь, если доходы действительно растут, налоги справедливы, выплачиваются всеми, никто от них не уходит и распределяются они справедливо для развития экономики. Профицит может использоваться для разных целей: для погашения госдолга, для вложений в инфраструктуру, для улучшения условий функционирования экономики в стране и т. д. и т. п. Я думаю, что при сегодняшнем нашем жизненном опыте проведения реформ и при разрыве между большими доходами очень узкого круга лиц и низкими доходами значительной части населения особенно хвалиться профицитом стыдно.
По идее, любое физическое или юридическое лицо должно жить по средствам. Можно жить и в долг, если можешь расплачиваться по нему. Точно так же, на мой взгляд, это относится и к бюджету. Бюджет может быть дефицитным, если этот дефицит можно профинансировать за счет тех свободных средств, которые есть в экономике, у населения или юридических лиц. Громадный долг США финансируется за счет краткосрочных и долгосрочных финансовых инструментов как местными субъектами хозяйствования, так и иностранными. В том числе и Центральным банком, который часть своих валютных резервов размещает в долларах или в казначейских бумагах США.
— В прошлом году должен был состояться перевод коммерческой части бизнеса из Внешэкономбанка во Внешторгбанк. Фактически эта задача не была выполнена. В чем причина?
— Внешторгбанк, основанный в 1990 году, развивался постепенно. И ЦБ считал, что должен ему в этом помогать. Капитал банка был увеличен вдвое, для того чтобы ВТБ мог спокойно решать многие важные задачи, в том числе и передачу собственности загранбанков. И он справлялся со своей деятельностью, однако сталкивался, я бы не сказал с конкуренцией, с подспудной деятельностью Внешэкономбанка на коммерческих основах, так как руководство ВЭБ, используя свое положение или свои персональные связи, проводило весьма интересные и объемные операции.
Потом возник вопрос о том, что ЦБ не должен быть акционером Внешторгбанка. Мы считали, что сначала нужно решить вопрос с загранбанками, после чего ВТБ мог бы акционироваться. Лучше было бы, чтобы его акционерами стали не коммерческие банки, которые хотели бы прибрать его к рукам, а большие хозяйствующие субъекты: нефтяные, металлургические, машиностроительные компании.
Решение о том, чтобы ЦБ передал акции правительству за бесценок, было, на мой взгляд, неправильным. В первую очередь оно противоречит другим решениям правительства о выходе государственных органов различного уровня из коммерческих организаций и банков. Естественно, после передачи акций правительство могло делать все, что считало нужным. В том числе поменяло компетентное, на мой взгляд, руководство ВТБ на новых людей. Эти люди имеют свою очень короткую историю в развитии экономического сектора страны и опыт работы во Внешэкономбанке, который, в общем-то, совсем не банк. Но это не мое дело, это «дела давно минувших дней», и пусть эти решения будут на совести тех, кто их принимал.
— Почему планы продажи акций ВТБ ЕБРР до сих пор остаются только планами? Когда они осуществятся и что это даст российской банковской системе?
— Я не знаю, почему это не происходит. Я принимал участие в первоначальном процессе. По-моему, процесс шел неплохо, но изменения, которые происходили в ВТБ, несколько снизили скорость решения со стороны ЕБРР. Насколько я знаю, сейчас делается оценка состояния дел во Внешторгбанке. Я думаю, что она будет в целом нормальной. Однако смена собственника все-таки поставила вопрос в умах части директоров ЕБРР.
— Возможно ли возникновение в России крупного банковского капитала, не зависимого от государства, промышленно-сырьевых групп и иностранных банков, и нужно ли это?
— А деньги где?
— Как вы относитесь к перспективам открытия филиалов иностранных банков в России?
— Вопрос о роли и месте иностранных банков — это большой вопрос. Нужно ли разрешать открывать иностранным банкам филиалы или следует придерживаться точки зрения, что нужно иметь только дочерние предприятия? Я думаю, что мы придем довольно быстро к пониманию того, что не надо бояться открытия филиалов иностранных банков. Однако, на мой взгляд, оно не должно проходить в автоматическом режиме, как иногда предлагает Министерство экономического развития. Прямо как по Мао Цзэдуну: «Пусть расцветают все цветы». Надо исходить из того, что любой банк редко приходит в ту или иную страну из-за того, что ему нужны средства для финансирования своих активных операций в какой-то другой стране или стране происхождения. Как правило, особенно в условиях глобализации, банк приходит за своими клиентами, для бизнеса которых эта страна представляет интерес. Такое развитие в целом было бы положительным для экономического развития страны, если говорить о недостатке у нас свободного финансового капитала. Потому как, построив у нас завод или гостиницу, их уже не разберешь по кирпичику и не перенесешь в другую страну.
— Почему вы решили пойти в Государственную думу?
— Я никогда не думал о законотворческой деятельности, несмотря на то, что такие предложения поступали и раньше. Считал, что это не мой интерес. Достаточно много других сфер жизни, может быть и небанковских, которые могли меня заинтересовать. Однако события последнего времени: непринятие каких-то законов, принятие дырявых законов, создание того же Национального банковского совета непонятно с какой целью — подвели меня к мысли о том, что в Думе, к сожалению, принимается слишком много сырого законодательства, которое касается банковской системы и финансового сектора в целом. В связи с этим, когда поступило предложение от достаточно компетентного, на мой взгляд, блока, я подумал, почему бы не попробовать воздействовать на проблему изнутри, учитывая, что ЦБ ни по Конституции, ни по закону никогда законодательной инициативы не имел.
— Раз уж речь зашла о законах, скажите, пожалуйста, что вы думаете по поводу рассмотрения Государственной думой проекта закона о гарантировании вкладов?
— Тот факт, что этот закон до сих пор не принят аж с 1992 года, говорит сам за себя. На мой взгляд, там не столь много вопросов, которые нельзя было бы решить. Можно спорить о суммах, можно спорить о том, должен или не должен Сберегательный банк участвовать в этой системе, но не принять такой основополагающий закон, не дать своеобразный толчок экономике — это, я считаю, стыд и позор. Этот закон в какой-то степени давал бы определенные гарантии, особенно населению с небольшими доходами, но с традиционным для нашей страны стремлением иметь сбережения, держать деньги не рискованно под подушкой, а в банке.
— Вас считали противником проведения либеральных реформ в банковской сфере. Раскройте секрет — это действительно так?
— Реформа банковской системы — это термин, который был спущен нам в условиях жесткого финансового кризиса августа- сентября 1998 года и в общем-то привнесен как самими обстоятельствами, так и извне, так называемыми мудрецами из Международного валютного фонда и Всемирного банка.
Под реформированием банковской системы я понимаю в первую очередь большую прозрачность, очищение, увеличение банков. Я считаю, неправильно ставить вопрос, как предлагали представители Российского союза промышленников и предпринимателей, — ввести минимальный капитал как планку, которая должна быть достигнута в очень короткое время. В западных странах, которые для нас своеобразный эталон, по этому поводу считают, что «дорогу осилит идущий» и «всем есть место под солнцем», а «кто вовремя не купит сомбреро, тот сгорит под палящим солнцем», и это его проблемы.
— В ЦБ несколько десятков тысяч сотрудников, гораздо больше, чем в любой стране мира. Чем это обусловлено? Действительно ли необходимо так много людей?
— В Китае больше сотрудников ЦБ. Я бы начал с того, что в нашей стране Банк России осуществляет не только те функции, которые присущи любому центральному банку. Банк России по существу обеспечивает расчеты в стране. Значит, уже можно говорить о том, что работающие в РКЦ люди не имеют прямого отношения к ЦБ, а это, по-моему, чуть ли не 30 тысяч человек. Кроме того, нельзя забывать, что мы наследники Госбанка СССР, который имел отделения по всей стране, в каждом районе. Сейчас у нас остались областные и республиканские учреждения.
Конечно, в ЦБ есть излишний штат, и мы шли к пониманию того, как лучше организовать нашу систему. Например, в некоторых регионах у нас не так много коммерческих банков и там не так много надзорной работы, поэтому такие подразделения можно было бы закрыть. Однако при этом надо понимать, что это еще и социальный вопрос. В нашей системе 80% работников — это женщины, половина из них с опытом работы порядка 15 лет, и, как правило, их мужья не имеют постоянной работы. Можно, конечно, довести до более рациональной организации. Но что делать с теми людьми, которых ЦБ сократит, где людям работать в регионах?
— С социальным вопросом все понятно, но как тогда быть с обвинениями в адрес ЦБ, что он расходует на себя слишком много средств?
— А этот вопрос, также неоднозначный, как правило, задается не нами, а экспертами из-за рубежа. Да, ЦБ тратит определенную сумму денег на себя, но коммерческие банки тратят на себя не меньше и уровень оплаты труда, предлагаемый ими, зачастую больше. Таким образом, мы пытаемся определенными социальными льготами удерживать своих работников, чтобы оставался профессиональный костяк и люди могли чувствовать определенную материальную защищенность. А как иначе?
Главный научный сотрудникВиктор Геращенко родился в 1937 году в Ленинграде. Окончил Московский финансовый институт. После окончания института с августа 1960 года по январь 1961 года работал в правлении Госбанка СССР бухгалтером в управлении иностранных операций. В 1961 году перешел на работу в систему Внешторгбанка СССР. В 1961-1964 годах — бухгалтер, инспектор, эксперт управления внешних и внутренних расчетов Внешторгбанка СССР. В 1964-1965 годах — начальник отдела управления валютно-кассовых операций Внешторгбанка СССР. В 1965-1967 годах — директор Moscow Narodny Bank (Лондон). В 1967-1971 годах — заместитель управляющего, управляющий отделением Moscow Narodny Bank в Бейруте (Ливан).
В 1972-1974 годах — заместитель начальника управления, начальник управления валютно-кассовых операций Внешторгбанка СССР. В 1974-1977 годах — председатель правления Ost-West Handelsbank (Франкфурт-на-Майне). В 1977-1982 годах — управляющий отделением Moscow Narodny Bank (Сингапур). В 1982-1983 годах — начальник валютного управления Внешторгбанка СССР. В 1983-1989 годах — заместитель, первый заместитель председателя правления Внешторгбанка СССР.
В 1989 году Виктор Геращенко назначен председателем Государственного банка СССР. Занимал эту должность до 1992 года. В 1992 году работал в Фонде экономических и социальных реформ. В июле 1992 года назначен исполняющим обязанности председателя ЦБ РФ, а в ноябре 1992 года утвержден председателем ЦБ. Проработал в этой должности до октября 1994 года.
В 1994-1996 годах — экономический советник Научно-исследовательского института Банка России. В 1996-1998 годах работал председателем Международного московского банка. 11 сентября 1998 года снова назначен председателем ЦБ РФ. 20 марта 2002 года освобожден от должности по собственному желанию.
Виктор Геращенко работает главным научным сотрудником НИИ Банка России, входит в консультативный совет АФК «Система». Баллотируется в Госдуму в составе блока «Родина».
Банкир награжден орденом «За заслуги перед Отечеством» III степени, орденом Трудового Красного Знамени, орденом Дружбы народов, орденом Почета, медалями «За трудовую доблесть» и «За доблестный труд», памятными медалями.
Антикризисный управляющий советского типаВиктор Геращенко вспоминает о трех своих приходах на должность главного банкира страны.- История с назначениями вас на пост председателя ЦБ и отставками с этого поста наводит на мысль, что вас считают хорошим антикризисным управляющим. Так ли это, на ваш взгляд?
— Я бы не совсем был согласен с такой точкой зрения, хотя у меня есть опыт работы в кризисной ситуации. В принципе такая ситуация обычно мобилизует, она интересна. А когда все обыденно и ясно, то скучно.
В целом переход на работу в Госбанк СССР, который имел место в 1989 году, не был связан ни с каким кризисным состоянием.
— Да, но это же было новое, никем не исследованное поле деятельности…
— Здесь было много нового и интересного, так как мне приходилось искать правильное место Центрального банка, который приобретал новые функции, прежде ему не очень свойственные. Тогда еще не был написан закон о ЦБ, который в условиях реформирования экономики должен был стать независимым.
Мой уход в 1991 году был связан с роспуском всех союзных органов, в том числе и Госбанка СССР, в результате беловежского соглашения. Хотя еще в ноябре 1991 года Егор Гайдар от имени Бориса Николаевича Ельцина сделал мне предложение возглавить ЦБ России, но я не мог бросить Госбанк СССР, пока он не прекратил свое существование. Это было бы неправильно.
В середине 1992 года меня пригласили снова. Однако очень сложное состояние экономики вследствие политики либерализации, которая проводилась правительством, я бы не назвал кризисным. Было достаточно много разного рода сложных вещей: в ЦБ было много проблем в связи с созданием сети спецбанков, по мере развития системы коммерческих банков надо было менять систему расчетов, развивался валютный рынок, коммерческие банки просили лицензии, имел место отток капитала.
— Нарастание этих проблем и послужило причиной «черного» вторника, после которого вы ушли в отставку во второй раз?
— Я тогда только что пришел из отпуска. К сожалению, мои подопечные повели себя не совсем правильно и корректно. Хотя я бы поддержал их мнение, что не надо устраивать интервенции за счет последних остатков валютных резервов с тем, чтобы поддержать курс. Однако получилось так, что курс обвалился. И несмотря на то, что через день он значительно качнулся в другую сторону, уже были сделаны скоропалительные заявления о том, что это какая-то там политическая провокация и экономическая диверсия. Была создана комиссия, которая расследовала все эти обстоятельства. Борис Николаевич Ельцин попросил меня в личной беседе написать заявление об отставке, мол, политически так нужно. Я, особенно не задумываясь, как это может быть интерпретировано, написал заявление и ушел в отставку. Потом работал в коммерческом банке (Международный московский банк. — «Выбери!by»). Довольно интересное было время.
— В сентябре 1998 года вас опять пригласили возглавить ЦБ. Расскажите, как это было.
— Я не знаю, почему в 1998 году вернулись к моей фамилии. Может быть, потому, что руководителем ЦБ был Дубинин, человек экономически грамотный, но даже не финансист. Были допущены ошибки в финансировании госдолга, дефицита госбюджета через ГКО, не был вовремя девальвирован рубль. Вообще 1997 год сыграл злую шутку как год определенного головокружения от некоторых успехов у нас и год начала мирового кризиса движения свободного капитала. Тогда начался юго-восточный кризис, который потом прокатился по многим странам и докатился до нас.

«Viberi» Точка падения
«Viberi» Точка паденияПервые три квартала 2007 года московский рынок недвижимости пребывал в состоянии покоя – цены колебались незначительно, количество жилья, выставленного на продажу, практически не менялось. В октябре произошел всплеск активности – по данным «Инкома», количество предложения жилья увеличилось по сравнению с сентябрем 2007-го на 2%, достигнув 38,7 тыс. объектов. Правда, уже в ноябре этот показатель уменьшился на 5% – до 36,8 тыс. Но это все равно на 7% больше, чем было в ноябре 2006-го.
Увеличившееся предложение носит вполне определенный характер. «В Москве по-прежнему не хватает дешевого жилья, – рассуждает директор по развитию компании «Жилторг» Иван Гурьев. – Рентабельным для застройщиков могло бы быть возведение панельных домов нового поколения, но такое домостроение уходит в прошлое, а поддержки этого сегмента со стороны государства нет». «Растущие темпы строительства не покрывают потребностей граждан в жилье, – добавляет заместитель гендиректора NRG Алена Каприелова – Большая часть возводимых домов относятся к бизнес-классу, намного меньше проектов реализуется в сегменте «эконом», где основная часть квартир идет под прямые продажи, а очередникам и жителям снесенных пятиэтажек остаются крохи».
Впрочем, в Москве не хватает не только дешевого, но и жилья повышенной комфортности. А вот предложение в секторе бизнес-класса избыточно: по предлагаемым ценам покупать квартиры сегодня готовы немногие. Ситуация осложняется катастрофическим снижением качества возводимых объектов.
«Сегодня найти хороший дом – дело непростое, строят очень плохо, – уверяет один из источников «Выбери!by», пожелавший остаться неназванным. – Особенно «расслабились» крупные застройщики. Встречаются прямо-таки фантастические недоработки: могут, например, забыть положить в несущую конструкцию арматуру». Причем ситуация может усугубиться. Как пояснил директор по маркетингу и продажам компании «Квартал» Сергей Лушкин, «из-за запрета на точечную застройку в Москве фирмы, чья работа ориентирована на возведение таких объектов, будут вынуждены пересмотреть направление своей деятельности и перенаправить строительные мощности на комплексное освоение территорий: реорганизацию промышленных зон и реконструкцию жилых кварталов». Это по силам только крупным девелоперам, мелкие будут вынуждены уйти в регионы, и в результате через несколько лет в столице останутся только «мега-строители». Монополизировав рынок, они смогут снизить общие показатели качества и повысить стоимость возводимых объектов.
По словам руководителя аналитического отдела корпорации «Инком» Дмитрия Таганова, по итогам этого года рост средних цен на недвижимость, номинированных в долларах, составит 10%. Однако реальный рост (расчеты по сделкам производятся по курсу ЦБ) из-за падения курса доллара составит всего 3,3%. Тем не менее риэлторам выгодно говорить о более высоком росте. Еще один миф, который они поддерживают – что стоимость жилья постоянно растет. Между тем это справедливо лишь для дорогой и самой дешевой недвижимости, которые пользуются спросом. Наиболее активно росли в цене (на 3–4% в рублях в год) дешевые однокомнатные квартиры в старых панельных домах и элитные квартиры. Жилье большой площади в ветхом фонде, напротив, спросом не пользовалось и цены на него падали (на 5–6%). Незначительно дорожали квартиры бизнес-класса (1–2% за год) из-за избытка предложения. На фоне низкого спроса рынок повернулся «лицом» к покупателю – именно он теперь диктует ценовую политику, добиваясь скидки до 10–15% от первоначально заявленной стоимости.
Высокие цены в Москве и упорство девелоперов, которые за счет накопленных в 2006 году средств готовы пока удерживать цены на новостройки на неприемлемом для большинства покупателей уровне, породили тенденцию активного оттока клиентов за МКАД. Дорожающая день ото дня московская земля, растущие затраты на строительство и согласования заставляют застройщиков, работающих на столичном рынке, возводить все больше объектов бизнес-класса. Как уже отмечал «Выбери!by», Москва постепенно становится городом «бизнес-застройки», домов сегмента «эконом» строится все меньше – в 2007 году доля их не превышала 12% от общего числа нового жилья. Основная часть новостроек переместилась за МКАД. Там средняя стоимость квадратного метра на 20–30% ниже московской – и за дешевыми квартирами потянулась очень существенная часть платежеспособного населения. По оценкам аналитиков, рынок малоэтажной застройки класса «эконом» за МКАД также далек от насыщения – спрос удовлетворен лишь на 20%. «К счастью, ситуация уже начинает меняться, – говорит исполняющая обязанности генерального директора агентства «Доки» Татьяна Леонова. – Об этом говорят громко заявленные проекты, в которых, по словам девелоперов, квадратный метр будет стоить от $1 тыс.» Крупные застройщики подтвердили свои намерения развивать идею новых поселков-спутников, таких как «А101», «Рублево-Архангельское», «Новое Домодедово» – в каждом из них будет от 5 до 18 млн квадратных метров малоэтажного жилья.
Существенное влияние на рынок недвижимости в 2007 году оказывало развитие ипотечных программ. «Доля квартир, приобретенных в объектах компании «Квартал» с помощью ипотеки, увеличилась более чем в два раза по сравнению с прошлым годом и составила 20%, – говорит Сергей Лушкин. – Если ранее ипотечные кредиты у нас выдавались, в основном, на квартиры бизнес-класса, то в 2007 году значительно увеличилась доля дорогого элитного жилья, приобретенного на заемные средства. Кроме того, банки стали активней кредитовать объекты, находящиеся на ранней стадии строительства».
ПрогнозГригорий Карповский, президент ФК «Еврокоммерц»: – В новом году развитие рынка небанковских финансовых услуг будет зависеть от того, насколько длительно и интенсивно кажется влияние не завершившегося пока мирового кризиса ликвидности. Если его по­следствия сойдут на нет, то по итогам 2008-го объем российского рынка факторинга может составить $40–45 млрд. Если же влияние кризиса окажется существенным и продлится до конца года, объем рынка составит не более $35 млрд.