Рубрика: Статьи

«Viberi» На рынок рублевых облигаций вернулся оптимизм
«Viberi» На рынок рублевых облигаций вернулся оптимизмНа рынок рублевых облигаций вернулся оптимизм13.02.2009 13:17
Продолжение укрепления национальной валюты, по всей видимости, заставляет инвесторов обращать все большее внимание на рублевые активы, причем даже не на столь ликвидные рублевые облигации, полагают аналитики.
Особенно обнадеживающе выглядел первый эшелон, где многие активно торговавшиеся выпуски выросли в цене на 1-2 процентных пункта. Особенно заметно подросли некоторые выпуски РЖД и ВТБ. Во втором и третьем эшелонах ситуация была не столь однозначной, но и там превалировал рост цен, констатирует Владимир Брагин  из НБ «Траст».«Кстати, на фоне укрепления рубля активизировался и сегмент госбумаг, в частности, это привело к формированию каких-то ориентиров доходности. Пока, впрочем, они довольно расплывчаты, бумаги торгуются по доходности в интервале YTM 12,50-14,50%. Но если так пойдет дальше, то в скором времени этот диапазон сузится, и доходности в этом сегменте можно будет вновь использовать в качестве ориентира для безрисковой ставки», — прогнозирует аналитик. Он напоминает, что на следующей неделе начинается очередной период налоговых платежей, вследствие чего активность на рынке может схлынуть, а котировки поползти вниз.Аналитик Альфа-банка Михаил Авербах также отмечает, что укрепление российской валюты кбивалютной корзине почти на два рубля за последние несколько дней позитивно сказывается на рублевом рынке долга.Произошло заметное оживление активности в выпусках первого эшелона,который прибывал все это время практически в полумертвом состоянии.«Уровень господдержки сместился на уровень 15% годовых внезависимости от дюрации: РЖД-7 (15,01%), РЖД-8 (15,03%). Скореевсего, участники рынка решили продать свои бумаги по этим ценам. Вслучае, если активность в первом эшелоне в ближайшее времяуменьшится, это предположение окажется верным», — уверен Михаил Авербах.По-прежнемузаметен спрос в бумагах второго эшелона с привлекательной доходностьюот 20% годовых: ВТБ-6 (13,89%), Транскредитбанк-3 (19%), ТГК-10 (19%), «Ленэнерго» (31%).В третьем эшелоне, однако, какого-либо оживления не наблюдается. Вусловиях, когда технические дефолты допускают компаниистратегического значения, такие как ГАЗ, третий эшелон видится крайнерискованным из-за дефолтов или невыгодных для инвесторов реструктуризаций, комментирует Михаил Авербах.«Остановка девальвации рубля уже не означает безоговорочного предпочтения инвестиций в валютные активы над всеми остальными альтернативами. Тем не менее, рублевые облигации по-прежнему несут в себе высокие риски дефолтов или реструктуризации, а также дальнейшего роста ставок, если ЦБ продолжит бороться с валютными спекулянтами (коих – вся страна) путем «зажимания» ликвидности. Впрочем, если необходимости размещения ресурсов в облигации не избежать, то предпочтительным является приобретение коротких бумаг первого эшелона», — рекомендуют аналитики НБ «Траст».Выбери!by-онлайнВсе новости

«Viberi» VIP-ВЗГЛЯД: Какая идея принесла вам больше всего денег\?
Какая идея принесла вам больше всего денег\?Андрей Бунич, президент Союза предпринимателей и арендаторов России:– Как ни странно, но идея вложиться в ГКО. Я, наверное, не типичный держатель этих ценных бумаг. Примерно за полгода до дефолта я их продал и получил хороший доход. Еще я удачно вкладывался в недвижимость и акции крупных предприятий. Так что практически все мои инвестиционные идеи приносили хороший доход.
Сергей Яшечкин, президент Евразийского водного партнерства:– Родить шестерых детей. Это была моя самая ответственная и самая прибыльная идея. Конечно, пока прибыли я не получил – дети недостаточно взрослые. Но ведь такие инвестиции никогда не зависят от конъюнктуры и политической ситуации, поэтому доход дают колоссальный.
Никас Сафронов, художник:– Пока все мои идеи доходов не приносили. Но теоретически я стал намного богаче. Несколько лет назад выкупил у соседа квартиру – у нас был один на двоих балкон, а через год эти квартиры подорожали в три раза. Наверное, эту покупку можно считать моей удачной инвестиционной идеей.
Сергей Яшечкин, президент Евразийского водного партнерства:– Родить шестерых детей. Это была моя самая ответственная и самая прибыльная идея. Конечно, пока прибыли я не получил – дети недостаточно взрослые. Но ведь такие инвестиции никогда не зависят от конъюнктуры и политической ситуации, поэтому доход дают колоссальный.
Илья Юров, председатель совета директоров НБ «Траст»:– Надеюсь, что решение о слиянии инвестиционного и национального банков «Траст» станет удачным. Это окажет позитивный эффект на все существующие и будущие сферы бизнеса всего «Траста». Объединенная структура будет обладать достаточным уровнем капитала, чтобы оправдать растущие ожидания руководства банка как минимум на ближайшие два года работы.
Владимир Пекарев, депутат Госдумы:– Стать кооператором. Это было в конце 80-х, больших вложений не требовалось, и я создал кооператив по пошиву одежды. Тогда купить модные «вареные» джинсы было большой проблемой, так наш кооператив старался как можно больше «осчастливить» людей. Естественно, мы довольно быстро стали получать хорошие прибыли.
Константин Ремчуков, владелец и издатель «Независимой газеты»:– Вложиться в образование. Сначала мне родители дали возможность учиться. Но они считали, что учеба должна быть до 30 лет. Я же посчитал, что можно и дальше это делать. Стал стажироваться, посещать разные курсы, заканчивать всевозможные школы. Теперь именно вложение средств в образование позволило мне зарабатывать приличные деньги.

«Viberi» Halliburton обсчитала солдат
«Viberi» Halliburton обсчитала солдатКОНТРАКТЫ. Компания Halliburton обладает замечательной способностью в любой ситуации выходить сухой из воды. Максимум — отделываться легким испугом. На прошлой неделе Halliburton опять обвиняли, на этот раз в завышении цен на продовольственные пайки для американских военных в Ираке и Кувейте. Под давлением Министерства обороны США компания согласилась вернуть $27,4 млн в государственную казну. Напомним, менее месяца назад ее подразделение Kellog Brown & Root (KBR) вернуло Пентагону $6,3 млн, на которые предположительно были завышены счета за поставку топлива в Кувейт. Вдобавок выяснилось, что Минюст США ведет в отношении компании проверку. Она должна показать, давала ли Halliburton взятки ради участия в реализации газового проекта в Нигерии. Этот контракт относится к тому периоду, когда компанию возглавлял Дик Чейни, ныне вице-президент США.
Все это, впрочем, не лишает Halliburton возможности зарабатывать. На прошлой неделе KBR объявила о получении ею нового контракта — теперь с правительством Великобритании. Компания заработает 12 млн фунтов стерлингов (около $22 млн) за координацию армейских поставок для частей британской армии.

Cetelem начал кредитовать россиян — БАНКИ — Выбери!by On-Line — Выбери!by
Cetelem начал кредитовать россиян — БАНКИ — Выбери!by On-LineАнастасия АлексеевскихГендиректор компании Cetelem (стопроцентной «дочки» французского банка BNP Paribas) Филипп Дельпаль объявил о начале розничных операций в России. С августа экспресс-кредиты компании выдаются в Москве, Санкт-Петербурге, Екатеринбурге, Краснодаре и Нижнем Новгороде. Первый заем – на покупку пылесоса и микроволновки — был выдан около двух недель назад в нижегородском магазине «Техника в белом». До конца года Cetelem начнет работать в Ростове, Новосибирске, Воронеже и Саратове, а через два-три года планирует довести количество регионов присутствия до 40. По словам Филиппа Дельпаля, к этому времени кредитный портфель компании превысит $1 млрд, что позволит ей войти в пятерку лидеров потребительского кредитования. Займы Cetelem планирует выдавать в течение пятнадцати- двадцати минут, при этом клиенту, заверили в компании, будут сообщаться все условия кредитования. Розничная команда Cetelem сейчас насчитывает 1600 человек, планируется расширение штата.

На начальном этапе Cetelem будет работать без открытия собственных отделений, выдавая потребительские займы через розничные торговые сети. Затем планируется выпуск револьверных карт и выдача автоссуд. Отдельным направлением работы компании в России станут прямые продажи кредитов через интернет и по телефону. «Дистанционное кредитование, популярное в Европе, могло бы стать конкурентным преимуществом компании на российском рынке, — говорит зампред Русь-банка Валерий Кардашев. – Но в России развивать этот сервис пока проблематично из-за закона об отмывании грязных денег». Согласно ему, банк при открытии счета должен лично идентифицировать клиента.

В Cetelem подробности дистанционного проекта не разглашают. «Компания начинает с «магазинных» кредитов, что не очень перспективно, – говорит Валерий Кардашев. – Рынок перенасыщен, многие игроки, напротив, уходят с него. Cetelem придется нести существенные издержки как при выходе на рынок, так и при организации системы борьбы с просроченной задолженностью». По словам Филиппа Дельпаля, объем невозвратов кредитов в портфеле Cetelem в России не превысит 7%.

Участники рынка отмечают, что для достижения успеха Cetelem необходима мощная региональная сеть, на построение которой уйдет немало времени. «Построение розничного бизнеса — сложная задача, выполнимая при условии выработанной стратегии и четкой работы слаженной команды профессионалов, а также достаточного объема инвестиций в развитие сети», — говорит зампред Абсолют-банка Олег Скворцов. Тем не менее, отмечает эксперт, за 1,5-3 года Cetelem вполне по силам построить достаточно мощный розничный бизнес: компания занимает первое место в секторе потребкредитования в континентальной Европе, кредитует частных лиц в 29 странах, объем ее кредитного портфеля составляет 58 млрд евро.

«Viberi» Свобода НПФ дорого обойдется управляющим
«Viberi» Свобода НПФ дорого обойдется управляющимГлаве ФСФР Владимиру Миловидову приходится на ходу менять правила игры, которые создавались для «вечно растущего» рынка | Фото: Максим СимонСвобода НПФ дорого обойдется управляющимОльга МерзликинаЕсли правительство утвердит предложенные ему ФСФР изменения в правила размещения пенсионных резервов, управляющие компании лишаться десятков миллиардов рублей, которые потекут напрямую в банки и гособлигации. TweetВ Предложенные поправки должны убить нескольких зайцев. Во-первых, новые правила увеличивают максимальные размеры вложений в целый ряд активов, что позволит НПФ более гибко реагировать на превратности рынка. Так, в облигации можно будет размещать до 80% пенсионных резервов (сейчас 70%), в паи ПИФов – до 70% (сейчас 50%). Во-вторых, поправки снимают жесткие ограничения на инвестирование в инструменты, эмитентами которых выступают вкладчики НПФ. Если изменения пройдут, фонды смогут размещать до 5% в бумаги каждого вкладчика (до 10% из котировального списка А1). ПредельныйВ  же размер инвестиций в такие активы не предусмотрен. Это упростит для аффилированных с НПФ компаний доступ к длинным пенсионным деньгам.Сможет поживиться ими и банковская система. Долю средств на счетах и в депозитах банков предлагается увеличить с 50 до 80%. При этом в одной кредитной организации можно будет аккумулировать до четверти резервов (сейчас 10%). С одной стороны, это способствует концентрации средств в наиболее надежных, а значит, преимущественно государственных структурах. С другой – упрощается схема, при которой деньги, поступая во вклад в родственный банк, могут перекочевывать уже в виде кредита на счета контролирующих НПФ компаний. Кстати, до кризиса ни УК, ни НПФ не выбирали полностью квоту на вложения в банковские депозиты: в структуре совокупного пенсионного портфеля по состоянию на 1 октября 2008 года их доля составляла всего 14,5% из возможных 50%.Но самое интересное, что в результате нововведений НПФ получают возможность полностью отказаться от услуг УК, самостоятельно размещая пенсионные резервы в рамках общих ограничений на долю соответствующих активов (это касается депозитов, гособлигаций и паев ПИФов). По мнению экспертов, новые правила позволят пенсионным фондам более оперативно изменять стратегию и улучшить финансовые результаты. Прибавится и определенности во взаимоотношениях с управляющими компаниями. Сейчас НПФ недовольны тем, что средствами управляют УК, а ответственность за результаты инвестирования полностью лежит на фондах. Теперь же есть выбор. В«При отказе от услуг управляющих не на кого будет перекладывать вину за неудачиВ», – комментирует вице-президент НАПФ Олег Колобаев. По его оценкам, если фонды воспользуются правом самостоятельно инвестировать средства, портфели УК похудеют приблизительно на 125 млрд рублей.А резоны проглядываются – участники рынка говорят о снижении издержек, в частности в виде комиссии УК. В первую очередь это касается размещения средств на депозитах. В«Размер экономии может составить 5–10% от дохода, полученного по данному направлению вложенийВ», – считает президент НПФ Сбербанка Галина Морозова. Однако вряд ли многие фонды предпочтут вовсе отказаться от услуг управляющих. Ограничиться вложениями в депозиты, госбумаги и ПИФы – это может оказаться выгодным лишь для небольших НПФ. В«Крупные фонды понимают, что УК, специализирующиеся на отдельных операциях, делают эту работу лучшеВ», – считает Олег Колобаев. Схожего мнения придерживается и Галина Морозова: В«Отказаться от услуг УК могут лишь небольшие НПФ (с суммой активов до 500 млн рублей)В». При этом эксперты полагают, что НПФ под силу нанять штат специалистов и самостоятельно размещать большую часть резервов. В«Возможно, некоторые фонды пойдут по пути создания собственной аналитической службы и команды риск-менеджмента. Им решать, что для них дешевле иВ эффективнееВ», – резюмирует гендиректор В«ВТБ Управление активамиВ» Наталия Плугарь.

Юрий ровенский: «самое интересное, что можно сделать, -это телевидение» — Компании — Бизнес — № 21 (04-10 август 2003) — Номера за 2003 год — Архив — Выбери!by
Юрий ровенский: «самое интересное, что можно сделать, -это телевидение» — Компании — Бизнес — № 21 (04-10 август 2003) — Номера за 2003 год — АрхивОсенью начинается полномасштабное вещание нового для России телевизионного проекта — бизнес-канала РБК-ТВ. О финансовых подробностях проекта генеральный директор
ОАО «РБК Информационные Системы»
Юрий РОВЕНСКИЙ и генеральный директор
ЗАО «РБК-ТВ» Артем ИНЮТИН рассказывают корреспонденту журнала «Выбери!by»
Илье ЕФИМЧУКУ.Как возник проект финансово-экономического телевидения?
Ю. Р.: Реально идея возникла полтора года назад, когда акционеры — учредители РБК принимали решение о выходе на биржу. Естественно, мы думали, для чего нам это нужно. Приняв решение о выходе на биржу, мы должны были ответить себе на вопрос: «Какова стратегия развития компании? Что мы видим своими приоритетами? И куда привлеченные деньги должны быть вложены?»
Мы проанализировали совершенно различные направления как в IT-секторе, который традиционно присутствует в компании, так и медийные. Для инвестиций в создание новых интернет-проектов не нужны такие большие средства, и мы посчитали, что они будут по органическому пути возникать сами собой, будут расти, развиваться, а некоторые, быть может, умирать — это зависит от того, какова конъюнктура спроса на интерактивные услуги.
А. И.: В конце весны прошлого года совет директоров РБК принял решение делать бизнес-телевидение. К этому времени РБК наработал два важных момента. С одной стороны, это уникальный экономический контент — большой объем информации по финансам, экономике и политике в части, которая связана с экономикой. С другой — наша бизнес-аудитория позволяет нам создавать новые продукты на этом поле экономической информации.
Почему вы не стали издавать печатное СМИ, а создаете телеканал?
Ю. Р.: Говорить о создании печатных версий именно в медийном направлении нам показалось нецелесообразным, потому что этот рынок чрезвычайно конкурентен на данном этапе и деловые издания, которые сегодня существуют, вполне удовлетворяют по качеству различные группы деловой аудитории. Если говорить о радиоэфире, мы тоже считаем, что это было бы не самым перспективным путем развития медийного холдинга, хотя мы прекрасно понимали, проводя поиск в таком направлении, что перспектива развития РБК состоит в многоканальности доставки информации.
Интернет рос колоссально. Практически ежегодно удваивалось количество обращений к РБК. Но любой активный рост рано или поздно начинает замедление по чисто объективным причинам. Вопрос в том, что хотелось нового качественного развития. Мы понимали, что для того, чтобы сохранить конкурентные преимущества, которые есть у РБК, необходимо было сделать качественный шаг вперед. И вот по общей оценке — по тому, что мы видим, и по тому опыту, который доступен за рубежом, — было понятно, что самое большое, самое интересное, что можно сделать, — это телевидение.
Но получается, что вы выбрали проект, который сложнее реализовать…
А. И.: Он гораздо сложнее, потому что сами телевизионные технологии очень сложны. Но почему мы считаем, что это перспективно? Во-первых, мы знаем экономическое положение в России: это страна, в которой за последние годы быстрее всего рос фондовый рынок. Мы знаем, что это страна, в которой продолжается рост экономики. На рынке телевизионных СМИ конкретный дефицит экономических программ. Экономических новостей почти нет, ведь российские каналы уделяют этому только 1% времени. То есть огромный и перспективный рынок полностью лишен экономической информации в формате телевидения.
Если мы берем рынок печатной бизнес-прессы, то на нем много уважаемых изданий — на нем нет дефицита. Мы можем там конкурировать, можем создавать журнал, но это не так интересно. Этот рынок уже сформирован, а на рынке телевидения нет такого количества нишевых каналов, как в других странах. Весь мир идет по пути создания нишевого телевидения, где пусть не такая большая аудитория — не 100 млн человек. Но это таргетинговая аудитория, аудитория конкретного зрителя — бизнесменов, детская, молодежная. В России пока не произошло еще такого достаточно четкого размежевания аудиторий и разделения на нишевые каналы. Хотя они создаются — сейчас появился спортивный канал.
А что будет представлять собой канал в общем плане?
А. И.: Это будет слияние двух концепций. С одной стороны, это исповедуемая нами концепция новостного вещания, когда будет очень много новостных программ и они не будут похожи на новости основных метровых каналов. Там все-таки больше общеполитические новости, а у нас будут новости политико-экономического характера. То есть опять же это финансы, экономика, политика или общефедерального масштаба, или мирового. Никаких новостей культуры или развлекательных новостей не будет.
Что касается второй концепции, то это концепция аналитического телевидения, которой придерживаются такие крупнейшие компании, как CNBC, Bloomberg-TV, немецкий канал NTV и некоторые другие. Это телевидение, которое дает аналитическую информацию. За рубежом это в основном, конечно, данные по фондовому рынку. Мы же будем брать гораздо шире. Мы понимаем, что у нас фондовый рынок не настолько развит, как в Америке и Европе, поэтому, так же как и rbc.ru, будем уделять внимание всем сегментам и аспектам бизнеса.
Это и сфера бизнес-услуг: банковское, рекламное, страховое дело и все, что угодно, и обязательно реальный сектор: все отрасли промышленности тоже будут хорошо освещены — нефтянка, металлургия, газовая промышленность, нефтехимия и т. д.
Значит, аудитория, на которую вы ориентируетесь, это менеджеры.
А. И.: Да, менеджеры высшего и среднего звена. Мы ориентируемся, во-первых, на исследования, которые дает rbc.ru, во-вторых, на исследования, которые проводил для нас «Комкон». Он рассчитал нашу аудиторию в 13 млн человек. Кроме того, мы опираемся на последние данные Госкомстата, когда он заявил, что 10% населения страны обладают 30% доходов, то есть по доходам это средний класс и выше. Это как раз наша аудитория. Мы берем самый пессимистический прогноз и говорим, что в двухлетний срок возьмем половину этой аудитории — где-то 7-8 млн человек.
РБК-ТВ ориентирован не на всю российскую аудиторию, а берет тот же самый сегмент, что и rbc.ru. И, естественно, эти два ресурса — РБК-ТВ и РИА «РБК» — будут жить в полном симбиозе. Все время будут ссылки друг на друга. Контент, конечно, будет не совсем одинаковый, потому что сами форматы предусматривают разницу в подаче материла, но концепция будет схожая. А мы будем стараться продвигаться и там, и там, таким образом еще увеличивая аудиторию.
Тестовое вещание мы уже запустили 30 июня. Началось тестирование всех каналов связи, спутника, наших региональных партнеров, с которыми подписаны договоры о трансляции нашего канала, которая будет идти один-два часа в день.
И когда будет закончен тестовый режим и начнется само вещание?
А. И.: С 1 сентября мы уже начинаем выход на реальных зрителей.
В каких регионах начинается тестирование? Каким будет охват?
А. И.: Кроме Москвы и Санкт-Петербурга это будет 12 городов-миллионеров до Уральского хребта плюс Тюменская область — все основные крупнейшие города. И последовательность выхода в эфир в них будет различной. Не бывает такого, чтобы везде в один день все началось. Одни, например, оттестируются сегодня, в каком-то другом городе через две недели, в каком-то городе еще через три недели. Это уже в зависимости от проблем самого вещателя: насколько готов у него комплекс, все ли передатчики нормально работают.
Презентацию нового канала планировалось провести еще в марте. Чем вызвана задержка?
А. И.: Она связана с тем, что у нас чуть-чуть поменялась концепция распространения. Сначала мы думали все-таки меньше городов охватывать. Сейчас же охват будет значительно больше. Потом претерпели изменения некоторые технические планы. Мы чуть-чуть систему перестроили, сделали ее более современной, чем изначально предполагали. И также мы не стали выходить в марте еще из-за того, что у нас есть планы по сотрудничеству с крупными западными телеканалами. А для этого необходима стыковка концепций.
Невозможно взять и наладить какое-то партнерство с крупными западными каналами без изменения своих сеток вещания. Реально приходится подстраивать концепции и сетки друг под друга. Поэтому мы внесли кое-какие изменения в нашу сеть вещания из-за того, что на этапе выхода проекта некоторые западные каналы присоединились к нам. Не с точки зрения акционера, а именно с точки зрения совместной работы по новостям и по информации.
Раньше РБК не занимался телевидением. Каким образом формировался коллектив в новой для вас сфере? Привлекались ли опытные телевизионщики?
А. И.: Тут специфика двойственная. Во-первых, структура самого коллектива вообще в принципе отличается от традиционных каналов. Информационное телевидение — это совершенно другая песня, чем телевидение общего плана, когда в основном в сетке каналов идут фильмы. Там основная статья затрат — это покупка этих фильмов. Естественно, там другая структура коллектива. А у нас будет 18 часов эфира и 6 часов повтора. И практически 90% этого эфира будет реальное время, а не записанные программы. Это накладывает совершенно другие ограничения. У нас просто доля персонала, занимающегося контентом, — не технари, а редакторы, ведущие, корреспонденты — в процентном соотношении больше, чем на других каналах. Это наложило свои ограничения на построение коллектива. Во-вторых, мы полностью опираемся на плечи мощнейшего информационного агентства.
Так, мы привлекли профессионалов телевизионного рынка. Они имели какой-то опыт в информационном вещании. Не было, конечно же, опыта работы с экономической информацией, потому что в России практически нет телевизионных программ, которые давали бы профессиональный анализ экономической информации на финансовом и других рынках. Кроме того что взяли профессиональных телевизионщиков и начали обучать их всем аспектам экономики, мы взяли очень много людей с рынка — из банков, финансовых компаний — профессионалов финансового рынка, трейдеров, аналитиков. Это вторая ниша, на которой мы работали. И третья ниша, с которой мы взяли людей, — это само РИА «РБК». Аналитики, редакторы, корреспонденты. Естественно, каждую из этих групп пришлось учить чему-то своему. Так, например, людей из банков, финансовых компаний и из РБК пришлось учить тому, что умеют профессионалы телевидения, начиная от техники речи и заканчивая тем, как человек должен смотреться в кадре. С ними занимались и до сих пор занимаются профессионалы из Останкино. Как брать профессионально интервью, как писать телевизионный текст, ведь у него совершенно другие законы, чем, например, законы агентского текста РБК.
Какой будет штат?
А. И.: Штат будет около 400 человек. Скорее даже больше.
РБК-ТВ будет сосредоточен только в Москве или будут какие-то региональные представительства?
А. И.: У нас, естественно, будут региональные представительства и стрингеры. В Москве и Санкт-Петербурге будет отдельная корреспондентская сеть РБК-ТВ и РИА «РБК». Во всех других городах где-то будут телевизионные корреспонденты, а где-то корреспонденты агентства.
Какая будет сетка вещания?
А. И.: Будет специальное утреннее вещание. Потом дневное — уже в формате офисного телевидения, когда интересно и менеджерам, и руководству, там будет представлено то, что им необходимо для работы. И, естественно, вечернее вещание будет более спокойное, аналитическое.
Ориентировались ли вы в разработке этого проекта на западный опыт?
Ю. Р.: Мы всегда говорим, что прообразом нашего вещания является целая сеть западных телевизионных каналов — это и Bloomberg, и CNBC, это немецкий канал NTV, это канал Reuters. Ho мы не являемся русским переводом какого-либо канала. Это прежде всего российская информация для российского бизнеса. Помимо всего прочего эти каналы специализируются — кто-то на информационном вещании, кто-то на аналитическом.
Мы делаем некую смесь хотя бы из-за того, что российская деловая аудитория пока еще недостаточно широка, чтобы фокусироваться на чем-то одном. Даже у той небольшой аудитории, которая есть в России, нет единого портрета. Есть профессиональные дилеры, есть топ-менеджеры, есть люди, интересующиеся экономикой, есть люди, интересующиеся отраслевыми аспектами какого-то бизнеса, есть просто аналитики — всех этих людей, которые формируют потенциальную аудиторию РБК, интересуют разные вещи. И если они выбирают деловой канал, то это, наверное, некое противопоставление художественным сериалам, развлекательным программам, еще чему-то, что заполняет основной дневной эфир.
Приходилось ли как-то менять изначальный бизнес-план, вносить коррективы по ходу работы?
А. И.: Бизнес-план с течением времени не особо менялся. Проходило уточнение и детализация каждой его части. Сначала бизнес-план создается крупно — вот приходы и вот расходы, вот такой-то срок реализации, такие-то средства. А потом в процессе проработки происходит в каждом месяце детализация.
То есть каких-то глобальных изменений не было?
А. И.: Совсем глобальных изменений не было. Естественно, бизнес-план утвержден, но всегда есть какая-то возможность продумать, как сделать еще более эффективно что-то в будущем.
И сколько вложено в создание РБК-ТВ?
Ю. Р.: Мы уже инвестировали в проект порядка $16 млн. $10 млн ОАО «РБК Информационные Системы» вложило в уставный капитал ЗАО «РБК-ТВ», которое является нашей 100-процентной «дочкой». Еще $6 млн привлек уже сам РБК-ТВ в виде займов от частных инвесторов. Более того, мы понимаем, что это не окончательные затраты. Скорее всего совокупные затраты превысят $20 млн.
Каков механизм привлечения заемных средств РБК-ТВ?
Ю. Р.: Заемные средства были получены от западных инвесторов на три года под 15% годовых. Достаточно высокий процент объясняется условиями сделки, по которым материнская компания («РБК Информационные Системы») не несет финансовых обязательств по займу РБК-ТВ, то есть был оформлен так называемый non-recourse loan. Данная схема финансирования позволила ОАО «РБК Информационные Системы» разделить риски, связанные с запуском телевизионного проекта, при этом сохранив полный контроль над РБК-ТВ. В момент погашения инвесторам будет передано некоторое количество акций ОАО «РБК Информационные Системы». Это не повлечет за собой разводнения акций, принадлежащих существующим акционерам, так как компания не планирует проводить дополнительную эмиссию специально для этих целей.
Когда проект начнет приносить прибыль?
Ю. Р.: Мы считаем, что окупаемость текущих затрат канала произойдет за два года с начала коммерческой эксплуатации, которая назначена на 1 сентября.
Что будет основной статьей дохода?
А. И.: Это только рекламная модель. Все статьи доходов будут от рекламы.
А как вообще РБК-ТВ будет распространяться региональными провайдерами — как платная услуга или нет?
А. И.: У нас принципиальная позиция — когда мы будем идти через операторов, мы не будем стоить для конечного пользователя-зрителя ничего. Мы будем идти в свободном пакете. РБК-ТВ не будет идти в закрытом виде по подписке — мы будем для пользователя всех сетей бесплатными, а станем получать деньги только на рекламе.
И какое место займет телевизионное подразделение в холдинге РБК? Оно встанет на равных с агентством или перерастет его?
Ю. Р.: Это трудно сказать. Я не думаю, что будут допущены какие-то перекосы, потому что РИА «РБК» как фабрика производства информации естественно первична. Телевидение в любом случае — это канал доставки информации.
А. И.: Дело в том, что рекламные доходы тоже растут каждый год. Рынок телевизионной рекламы будет расти. Агентство тоже будет расти. Точно приравнять их достаточно сложно. В будущем мы, конечно же, надеемся, что канал когда-нибудь перерастет РИА «РБК».
Ю. Р.: Приведу такой пример: когда мы начинали компанию «РБК-Софт» и вообще это направление, это был как некий побочный бизнес, но время расставило свои акценты таким образом, что сегодня это наиболее быстро растущая часть бизнеса РБК. По результатам прошлого года уже 47% консолидированной выручки компании приходится на «РБК-Софт». То есть изначально мы рассматривали этот побочный бизнес, но он был настолько быстро растущим, что сформировался в полноценное самостоятельное направление. Что будет с РБК-ТВ? Это зависит не только от канала, но и еще от общей макроэкономической конъюнктуры в стране. Будет ли так активно расти софт? Или будет расти медиа…

«Viberi» | ДЕЛОВОЙ ЖУРНАЛ | ПОРТАЛ | ИНВЕСТИЦИИ | БИЗНЕС | ЛИЧНЫЕ ФИНАНСЫ |
«Viberi» | ДЕЛОВОЙ ЖУРНАЛ | ПОРТАЛ | ИНВЕСТИЦИИ | БИЗНЕСНевзирая на сложную финансовую ситуацию в стране, жилье по-прежнему успешно продается. Статистика показывает, что область активно обрастает не только многоэтажными архитектурными конструкциями — все больше людей отдают предпочтение частным, одноэтажным домам. Мечта о «каменной крепости» стала реальной благодаря  строительной компании«Котлован.Ру», которая на высоком профессиональном уровне решает все проблемы прокладки внешних сетей. Зачастую обыватель отдельное жилье строит самостоятельно, без участия каких-либо специальных организаций. Но есть вопросы, которые он может решить только прибегнув к помощи специалистов «Котлован.Ру»: компания предоставляет услуги по строительным и земляным роботам, арендует необходимые виды транспорта (экскаватор-погрузчик, экскаватор, бульдозер, самосвал), разрабатывает котлованы, траншеи, занимается строительством дорог, планировкой сноса зданий. Особенно незаменимы работники этой компании, когда речь идет об автономной и ливневой канализации,  септиках, водоснабжении, проведении газопровода и прокладке кабелей. Но не только техническим, а также эстетическим моментам уделяет внимание «Котлован.Ру». Компания помогает в осуществлении ландшафтного дизайна, создании растительных насаждений, садов, разрабатывает парковые зоны.Перечень услуг «Котлован.Ру» весьма обширен, но самое главное, что в основе политики компании лежит защита интересов клиента, а значит, что цены в «Котлован.Ру» очень демократические. Заказчик даже может хорошо сэкономить, к примеру, взяв в аренду технику. Это позволит сконцентрировать на площадке несколько машин, которые функционируют в направлении различных видов строительных работ, а также компания предоставляет в помощь высококвалифицированного оператора, который грамотно выполняет свои обязанности.Своей работой компания «Котлован.Ру» помогает выполнению, а во многом даже превышению, запланированных нормативов строительной сферы.  Деятельность Министерства регионального развития характеризуется постоянной градацией объемов жилищного строительства, которая в процентном отношении составляет около 15% прироста. Такие показатели позволили реализовать одну из основных задач, вынесенных губернатором – сделать уровень строительства малоэтажных жилых конструкций равным пятидесятипроцентному барьеру от всего объема.

«Viberi» Лица
«Viberi» ЛицаУправляющий директор госкорпорации «Роснано» пытается развивать отечественную инновационную промышленность, используя принципы коммерческого венчурного инвестирования. Интервью с участником проекта «33 перца-2009». Дмитрий, расскажите, пожалуйста, как вы пришли в венчурное инвестирование?- В 1993 году поступил в питерский вуз, потому что в тот момент наибольшим спросом пользовались «финансовые» профессии, а самым престижным в Санкт-Петебурге в этой области был университет экономики и финансов. Параллельно с учебой успел поработать в компании-девелопере. Мы превращали заброшенные промышленные площади в офисные. На последнем курсе был уже коммерческим директором.В 1998 году с семьей уехал в Нью-йорк, США, там сначала работал официантом в ресторане на Брайтон-Бич. Потом устроился в компанию — крупнейшего владельца автопарковок в мире Central Parking Systems . Работал менеджером в отделе клиентских платежей. Язык учил, общаясь по телефону с клиентами и менеджерами парковок. Вскоре компания начала расширятся, на новые позиции продвигались собственные сотрудники, и мне предложили место заместителя начальника отдела. В этом качестве я проработал еще год. Особенных перспектив не увидел, но пришел к выводу, что необходимо второе высшее образование — MBA.Я подавал документы в пять вузов. Для MBA зарубежные институты требуют форму, заполненную и высланную из alma mater. В документе указывается информация о специализации, годе выпуска и в том числе, какое место по баллам в классе, на курсе занимал учащийся. Наши вузы подобную информацию не фиксируют и не предоставляют. Мне пришлось долго через знакомых уговаривать руководство питерского университета заполнить и выслать форму. Сам я передать этот документ не имел права. К стандартному экзамену на MBA (GMAT) готовился сам и получил очень высокий балл. К своему удивлению, сдал английский лучше математики.Учился два года на дневном, параллельно проходил практику в инвестиционном банке и рекламном бизнесе. Серьезно задумывался о карьере в рекламной компании, однако планы пришлось серьезно пересмотреть после атаки на Всемирный торговый центр осенью 2001 года. Мой институт располагался недалеко, у нас у всех были знакомые, работавшие в центре. Паники не было, но было сложно осознать случившееся, понять, как нормальная жизнь будет возвращаться. Вуз прервал занятия только на два дня. Учебу оплачивал сам за счет стипендии, которую мне выделил институт как подающему надежды студенту, и кредитов.Во время учебы заинтересовался инвестированием, и к концу курса стал с друзьями задумываться о создании собственной инновационной компании. Когда получил диплом MBA, решил попробовать устроиться на работу в России и вернулся в Санкт-Петербург. Ожидал, что придется работать в Москве, ведь в основном самые престижные работодатели располагались в столице. Однако удалось остаться в родном городе.Это было очень удачное стечение обстоятельств. Я отправил резюме в кадровое агентство, к которому как раз обратился инвестиционный фонд РТФ (The Russian Technology Fund – «Выбери!by»), чуть ли не единственный инвестиционный венчурный фонд в России в то время. Мне очень повезло – это была компания со 100% западным капиталом, работающая по классическим принципам финансирования, принятым за рубежом. При этом люди, с которыми мне повезло работать, – пионеры венчурного инвестирования всего мира. Например, Франклин Питчер Джонсон по прозвищу «Питч» — в 1965 году основал один из старейших венчурных фондов силиконовой долины, директорами фонда были Гарри Фитцгиббонс — один из инвесторов-основателей Vodafone и Маттс Андерссон — один из основателей индустрии венчурного капитала Финляндии.Расскажите, пожалуйста, о своей работе в РТФ.- Это был неоценимый опыт, практические знания в области инвестирования я получил именно в РТФ. Ведь в реальной жизни мы используем не более 15% знаний, полученных в вузе.Работа долгосрочного инвестора уникальна тем, что мы проживаем одновременно множество опытов по созданию и развитию бизнеса, можем применять накопленный опыт снова и снова, поскольку при развитии разные компании зачастую должны проходить те же развилки. Поначалу у меня не было четкого понимания того, что такое венчурные инвестиции, в тот момент в России мало у кого оно было. Оказалось, что венчурное инвестирование – это возможность строить компании, помогать развитию экономики страны, и быть вознагражденным материально и морально за конкретные успехи. То есть гармония трех важнейших составляющих, редко сочетающихся в бизнесе.В РТФ работал до августа 2008 года. Начал как аналитик, закончил – как со-управляющий российским офисом. Вместе с партнером я принимал решения об инвестировании, готовили сделки, участвовал в стратегическом развитии бизнесов портфельных компаний, когда наступало время, выходил из проектов. В мае 2007 года мы совместно с коллегами выиграли конкурс Российской венчурной компании и создали фонд «Биопроцесс Кэпитал Венчурс» с капиталом 3 млрд рублей, или $120 млн на тот момент. 50% суммы – взнос РВК, мы с партнерами как основатели дали вместе более 1%, остальные деньги поступили от привлеченных нами частных инвесторов. Я, в том числе, занимался формированием инвестиционного портфеля фонда.Следующий пункт назначения – «Роснано»?- Да. Чтобы избежать конфликта интересов, я ушел из «Биопроцесс Кэпитал Венчурс». Здесь также занят отбором, формированием и развитием инвестиционных проектов, участвую в формировании инвестиционной стратегии корпорации и во многих других ключевых процессах.Деятельность коммерческих инвестиционных фондов в первую очередь направлена на получение прибыли, которая является мерилом успешности менеджера. У «Роснано» иные цели, и управляющий не сможет оценить собственный успех или неудачу в привычном измерении – деньгах. Повлияло ли это соображение на ваше решение?- Решение было непростое, мы принимали его с партнером, с которым вместе пришли в «Роснано», — Евгением Евдокимовым. Принять решение помогло то, что работа корпорации основывается на «коммерческих» принципах развития проектов, при этом не оставляя социально важные и приоритетные проекты, которые имеют длительные перспективы окупаемости и возврата средств. Конечно, «Роснано» не ориентируется на получение прибыли, но цель корпорации – рост продаж компаний и, соответственно, рост их капитализации. Это вполне рыночный критерий. И система мотивации корпорации выстроена таким образом, что мы заинтересованы в максимально быстром развитии «подопечных».Основной принцип, по которому «Роснано» отбирает инвестиционные проекты?- Наличие нанотехнологии, на основе которой можно сделать конкурентоспособный продукт. То есть наличие действующего бизнеса не обязательно. Мы можем создать производство под технологию. Например, руководители одной питерской компании (новые материалы в области машиностроения), не утратившие вкуса к науке, разработали технологию создания прочной и долговечной наноструктурной керамики. Такой материал может использоваться в конструкциях, работающих в агрессивных средах, при высоких нагрузках. С точки зрения коммерциализации, производственное предприятие сможет удовлетворить спрос отечественных компаний (мы провели исследование спроса), причем характеристики этой керамики по ряду показателей выше, чем у зарубежных аналогов. А себестоимость ниже. Если проект будет одобрен советом корпорации, бизнес сможет выйти на новый уровень и именно благодаря нанотехнологиям. Но в первую очередь – людям, которые этим занимаются.Каково ваше личное участие в работе корпорации? Ваша сфера ответственности?- Я возглавляю одну из инвестиционных команд корпорации, участвую в разработке принципов инвестирования, в подготовке и реализации инвестиционных проектов. Также участвую в формировании стратегии корпорации. Инвестиционные заявки распределяются между командами управляющих директоров корпорации. Я и сотрудники моей группы встречаемся с заявителем и экспертами, узнаем как можно больше о технологии и возможностях, проводим детальную экспертизу проектов (due diligence), корректируем или создаем с нуля бизнес-модель, ведем переговоры с соинвесторами, основателями и разработчиками, структурируем проект. Далее, я готовлю предложение, выношу его на совет. Если принимается решение об открытии проекта, курирую создание и развитие бизнеса и последующий выход корпорации из инвестиции через продажу частному собственнику, которым можем быть стратегический и финансовый инвестор.Я пришел в августе 2008 года, формировал свою команду с нуля. Сейчас команда, которой я руковожу, готовит первые проекты. «Свои» проекты буду курировать от начала и до момента выхода из них корпорации. Кстати, о выходе надо думать до входа.Если проект удачный, то проблем с продажей доли быть не должно.- Это правда, но есть ограничения. В России продать долю в высокотехнологичном бизнесе тяжелее, чем, например, в США. Кроме того, надо не просто продать, а продать за правильную цену. И еще одно условие – найти правильного покупателя. Не хочется продавать бизнес, в который ты столько вложил, конкуренту, который его ликвидирует. Компания должна остаться и после ухода инвестора. Я даже держу в уме конкретные имена возможных покупателей. Альтернативой может стать IPO, но не во время кризиса, конечно. Так что «думай о разводе до свадьбы».А чем отличаются принципы работы некоммерческой и коммерческой инвестиционной структуры?- Таких отличий немало. Основная особенность – жесткая регламентация процесса принятия решений. Если в коммерческих фондах вопрос отсева решается более просто — достаточно посмотреть заявку и бизнес-план. Здесь рассматриваются все заявки, вплоть до писем о грантах. Хотя корпорация гранты не выдает, но всегда есть вероятность, что за обращением стоит перспективная технология, которую можно коммерциализировать.Бюрократия не раздражает?- Инвестиционный департамент – это комфортная для меня среда обитания.Ваша самая большая удача и неудача в бизнесе?- Большая удача, что в 2002 году я очутился в РТФ, когда в России таких фондов было буквально полтора! Благодаря тому, что я оказался в инвестиционном бизнесе на стадии формирования, я знаю в России почти всех, кто сейчас занимается венчурными инвестициями.Что касается второго пункта, то на основании своего опыта я бы рекомендовал получать первое высшее образование — техническое. У меня, к сожалению, его нет. Базовое техническое образование формирует определенный склад ума, который пригодится в любом бизнесе, при любой работе. И второе образование: экономическое, финансовое — прекрасно ложатся на первое техническое.И конечно, у меня есть негативный инвестиционный опыт. Сейчас я не взялся бы за некоторые проекты, выбранные мной на начальном этапе своей инвестиционный карьеры. С другой стороны, негативный опыт должен быть обязательно, он важен не меньше удачных решений. Он заставляет анализировать причины неудач и делать выводы. Ведь по статистике, в инвестиционном бизнесе около трети проектов – неудачи.Ваши планы на ближайшие 2-3 года?- Венчурные капиталисты – народ постоянный, долго задерживаются на одном месте. Наши инвестиционные проекты долгосрочные. А основной принцип – если ты начинаешь проект, то ты с ним и живешь.Как кризис влияет на инвестиционную деятельность «Роснано»?- Сейчас создать производство может быть дешевле, чем до кризиса, но тяжелее спрогнозировать перспективы его развития. Оборудование, если оно не покупается за валюту, дешевеет, недвижимость падает в цене. Чтобы создать производство, требуется 1-2 года. К тому времени, надеюсь, мировая экономика оправится, восстановятся рынки сбыта. Кроме того, западные конкуренты не смогут сейчас оперативно выводить на рынок новые конкурентоспособные продукты, у них зачастую нет на это ресурсов. Начиная сейчас, мы сможем выйти на рынок с интересными продуктами в «прайм-тайм».Гораздо хуже, если бы к моменту начала кризиса мы оказались с построенным производством, но без рынка сбыта. Инвестиции сделаны, а прибыли нет.Ваш совет: куда инвестировать свободные денежные средства?- А о каком объеме денег мы говорим? Не надо забывать, что определенный запас должен оставаться в безопасных инструментах, для каждого это своя сумма. Для тех, кто верит в инновации, определенные суммы я рекомендовал бы инвестировать в высокотехнологичный бизнес. Сейчас хорошее время для инвестиций в венчурные фонды, в инновационные компании. Причин две: больше выбор интересных проектов с высоким потенциалом доходности, упала стоимость существующего бизнеса, отсюда низкий порог входа. Если оглянуться на историю, то лучшие инвестиции были сделаны в тяжелые времена.Как вы посоветуете молодым людям начинать карьеру в области инвестиций?- Инвестиционный бизнес – конкурентная среда, здесь очень важен опыт. Классика жанра – прийти в фонд через «большую четверку». Но мой совет тем, кто хочет попасть в инновационный венчурный фонд – поработать в высокотехнологичном консалтинге. Человек начинает ориентироваться в бизнесе, в состоянии предложить какие-то наработки в качестве инвестиционных проектов. Фонды любят конкретные идеи.Как оцениваете антикризисные меры, принимаемые нашим правительством?- На днях я был в Финляндии, общался там с коллегами. У них очень тяжелая ситуация: сильно пострадали лесная промышленность, судостроение. И не факт, что они смогут оправиться. При этом в антикризисном пакете мер, которые обсуждаются в парламенте, увеличиваются расходы, связанные с инновационным бизнесом, наукой. И это на фоне сокращения даже социальных расходов. Я считаю, что это очень правильно. Даже при срочном пожаротушении ни в коем случае нельзя забывать о будущем. Можно залить пожар, но потом находиться на выжженной территории.Прямое вливание денег – это краткосрочная мера. Но вливание денег в финансовую систему не сопровождается гарантиями того, что деньги дойдут до малого и среднего бизнеса, тем более инновационного. Хотя сейчас постепенно доходят. Инновационным компаниям особенно тяжело получать финансирование. При этом их бизнесу зачастую характерен длительный цикл производства. Распространенная ситуация: есть оборудование, есть заказ, но без предоплаты. На производство нужен кредит. То, что деньги из финансовой сферы не доходят до реального бизнеса, это вопрос механизма и определенных правил игры. Должны быть понятные условия, при которых компания имеет право получить кредит. Я пробовал договориться о кредите для одного из проектов, но мне предложили деньги, условно говоря, на 2 месяца, под 35% годовых и под залог всего что есть. Такого быть не должно. Беседовала Наталья Анищук

«Viberi» Гаражики! Для машинок!!!
«Viberi» Гаражики! Для машинок!!!Иллюстрация: Луис А. Торрес-КонсаТакже отличилисьАлишер Усманов, совладелец «Металлоинвеста», предложил руководству футбольного клуба «Арсенал» (бизнесмен владеет 25% акций) помочь с погашением долга, составляющего 318 млн (более $480 млн). Долги же «Металлоинвеста», по признанию самого Алишера Усманова, достигают $5 млрд. Лондонская футболка ближе к телу. Борис Титов, председатель «Деловой России», сообщил, что организация планирует обратиться к главе государства с предложением лишить вице-премьерских полномочий министра финансов Алексея Кудрина. Мол, способности чиновника были незаменимы до кризиса, но сейчас в правительстве нужен человек иного образа мышления. Надо полагать, высокая оценка «докризисных» способностей Алексея Кудрина дана ему за накопленный Резервный фонд, а сейчас он несколько мешает лоббистам. Валерия Фичера, глава миссии МВФ в Туркмении, обнаружила, что эта страна – настоящий островок стабильности в бушующем океане мирового кризиса, где даже сохраняются перс­пек­ти­вы на экономический рост в этом году. Рецепт прогресса, видимо, почерпнули из советов Ходжи Насреддина: ведь если сначала ставить памятники из золота действующему президенту, а потом вдруг прекратить – скачок вперед неминуем. Арнольд Шварценеггер, губернатор Калифорнии, ввиду растущего дефицита бюджета штата предложил законодателям сделать выбор: либо уволить 51 тыс. учителей, либо выпустить на свободу 40 тыс. заключенных. Один зэк равняется 1,275 учителя. Во сколько уголовников обойдется один терминатор?

«Viberi» — Блоги — Анна Ким (07.07.2008)
«Viberi» — Блоги — Анна Ким (07.07.2008)Согласно данным ВЦИОМ, идея введения продовольственных карт нравится далеко не всем россиянам. И напрасно – она правильнаяПоложительно воспринимаютобсуждаемую в верхах меру чуть более половины опрошенных, отрицательно – более трети. Сам по себе этот результат уже можно назвать странным, учитывая патерналистское восприятие россиянами роли государства в экономике и их собственной жизни (что с удручающей регулярностью подтверждают другие соцопросы). Еще удивительнее то, что сторонников продовольственных карт оказалось больше среди респондентов, отнесших себя к материально обеспеченным (60% за и 30 против). Те, кто назвались бедными, относятся к такому виду государственной помощи с меньшим энтузиазмом (50% за и 38% против). Среди тех, кого она касалась бы в первую очередь («Мы едва сводим концы с концами»), получать карты хотели бы 53%, 36% — отказались бы. И это при том, что, согласно данным Росстата, за первые пять месяцев текущего года стоимость минимального набора продовольственных товаров повысилась на 19,6%. Инфляцию справедливо называют налогом на бедных, в последнее время его ярмо стало для многих непосильным. И тем не менее, не все облагаемые горят желанием получить «вычет». В чем же дело?Пожалуй, самым весомым выглядит следующий аргумент: «это будет издевательство над бедными, унижение, оскорбление, люди будут чувствовать себя изгоями». Так обосновали свое неприятие карт 11% респондентов. К сожалению, они в своем роде правы. Система государственной поддержки самых обездоленных слоев населения в России устроена так, что, претендуя на помощь, человек, как правило, должен заранее смириться с тем, что ему придется пройти через семь (или более) кругов бюрократического ада, постоянно чувствовать себя гоголевским «маленьким человеком». «Это какое-то издевательство» — эту фразу я чаще всего слышу от людей, волею судьбы вынужденных обивать чиновничьи пороги в поисках социальной защиты, часами томящихся в очередях за «льготными» лекарствами и т.п.Спекуляций, злоупотребленийс карточками («все разворуют») боятся 14% опрошенных ВЦИОМ, и их тоже можно понять. Но наиболее часто встречающийся аргумент противников продовольственных карт откровенно слаб. «Это позор для страны», «возврат к советскому прошлому/ голодным военным годам» — так сказал каждый пятый их них. Конечно, «талоны на питание» вызывают у россиян не самые приятные исторические ассоциации. Но факты таковы, что нечто подобное (foodstamps) существует в Америке и ряде других небедных стран. И, что еще более важно, продовольственные карты могли бы стать по-настоящему целевой поддержкой самым бедным слоям населения. Разве справедливо, что в Москве, например, население поголовно – от нищего до миллиардера – в том или ином объеме пользуется субсидиями на оплату коммунальных услуг? Система поддержки неимущих должна быть тонко настроена, в противном случае происходит распыление огромных ресурсов, и бедные получают меньше, чем могли бы. Продовольственные карты – один из инструментов такой настройки.