»ЛУКОЙЛ» догоняет «ЮКОС» — СОБЫТИЕ — ГЛАВНОЕ — № 2 (10-16 марта 2003) — Номера за 2003 год — Архив — Выбери!by
«ЛУКОЙЛ» догоняет «ЮКОС» — СОБЫТИЕ — ГЛАВНОЕ — № 2 (10-16 марта 2003) — Номера за 2003 год — АрхивПри высоких ценах на нефть «ЛУКОЙЛ» имеет шансы догнать по производственным и финансовым показателям «ЮКОС», который в последнее время смог уйти в отрыв. В любом случае эти две компании будут оставаться лидерами рынка и в будущем.Игорь ТерентьевИтоги 2002 года еще подводятся, но уже можно говорить о том, что он выдался удачным для российской нефтяной отрасли. Цена за баррель нефти постоянно удерживалась на высоком уровне, иногда превышая $30. Российские нефтяники выгодно для себя использовали не только ценовую конъюнктуру, но и политическую. В противоположность ОПЕК они активно наращивали добычу, заявили о готовности выйти на огромный рынок США и поставить на мировой рынок дополнительные объемы «черного золота» в связи со сложившейся ситуацией в Венесуэле.
Российские нефтяные компании демонстрируют фантастические темпы развития по сравнению с общемировыми. В опубликованном рейтинге PFC Energy 50 американской консалтинговой компании Petrolem Finance Company находится пять российских нефтегазовых холдингов. Они же являются лидерами роста.
На таком радужном фоне в нефтяной промышленности происходят кардинальные перемены. «ЛУКОЙЛ», бывший отраслевым флагманом на протяжении последнего десятилетия, постепенно сдает свои позиции. «ЮКОС» же стал комфортабельно чувствовать себя на позиции лидера по рыночной стоимости, показывая при этом завидный качественный рост как в финансовых, так и в производственных показателях.
ЧАСТЬ 1. ЧЕРНАЯ СЕРИЯ ПОРАЖЕНИЙ«ЛУКОЙЛ» со времен своего основания был самым ярким представителем российской нефтяной отрасли. В отличие от других компания Вагита Алекперова не была замечена в различных скандалах. В «солидности» ведения дела с ней могла соперничать только самая консервативная нефтяная компания «Сургутнефтегаз». Недаром эти две компании традиционно были наиболее оцененными в нефтяном секторе. «ЮКОС» постоянно попадал в скверные истории. Сначала несостоявшееся объединение с «Сибнефтью» в компанию «ЮКСИ», потом конфликты с миноритарными акционерами (прежде всего со структурами финансового авантюриста Кеннета Дарта) плюс подозрения в нечистоплотных операциях с акциями в офшорах. Эти негативные факторы сказывались на капитализации, да и акции из-за низкой ликвидности не входили в число «голубых фишек».
Но, разобравшись со своим «грязным» миноритарием его же «грязными» методами, «ЮКОС» сменил курс на 180 градусов. Компания заговорила о корпоративном управлении, довела структуру до прозрачности и стала вести отчетность по международным стандартам. Превращение «гадкого утенка» в «прекрасного лебедя» не осталось незамеченным. Акции «ЮКОСа» стали дорожать так быстро, что по темпам прибавления в цене могли составить конкуренцию пресловутому американскому dot-com (за три с небольшим года капитализация выросла более чем в десять раз, демонстрируя каждый год увеличение на 200-300%), а крупнейший совладелец компании Михаил Ходорковский с состоянием в $8 млрд вошел в число 30 самых богатых людей планеты.
Консервативный «ЛУКОЙЛ» тоже воспринял новые веяния в бизнесе. Только его подход оставался по-прежнему осторожным. И это тогда, когда новички (ТНК) и обновившиеся игроки («ЮКОС») действовали рискованно, хотя каждый в своем стиле. Лидер уже не выглядел таким недосягаемым, как раньше.
К началу 2002 года стало ясно, что «ЛУКОЙЛ» не совсем здоров. Компания перестала демонстрировать динамику в производственных показателях. К примеру, в нефтедобыче наблюдался прирост лишь на несколько процентов, у конкурентов — на десятки процентов. Корпоративные проблемы (высокая себестоимость добычи, запутанная структура компании) стали выходить боком: капитализация медленно шла вверх, «повинуясь» в значительной мере общему состоянию фондового рынка (колебания котировок акций «ЛУКОЙЛа» почти точно повторяют динамику индекса РТС) и новостям топливного сектора, в котором главными «ньюсмейкерами» стали опять же «Сибнефть» и «ЮКОС», чьи акции росли. К тому же стали появляться слухи о разногласиях среди крупных акционеров «ЛУКОЙЛа».
К чести топ-менеджмента проблемы были замечены и оценены. Принятые программы по реструктуризации компании и минимизации издержек должны были вновь вывести «ЛУКОЙЛ» в лидеры отрасли. И определенный успех был достигнут. Компании удалось оптимизировать структуру управления, продать часть непрофильных активов, укрупнить дочерние предприятия и навести порядок в зарубежных делах. С минимизацией издержек дело обстояло сложнее. Себестоимость добытого барреля нефти «ЛУКОЙЛУ» удалось снизить лишь до $3, в то время как у «Сибнефти» и «ЮКОСа» этот показатель не выходил за пределы $2.
«ЛУКОЙЛ» был первой частной компанией, которая стала развивать свой бизнес за пределами России. К нефтеперерабатывающим заводам и сбытовым структурам Украины добавились предприятия в Восточной Европе, на пике могущества в ноябре 2000 года в Соединенных Штатах была приобретена сеть автозаправочных станций Getty.
Но за бизнес-победами пошли поражения. Ничем закончилась борьба за литовскую компанию Mazeiki Nafta, включающую в себя Мажейкяйский НПЗ и терминал в Бутинге. Вильнюс испугался «русской угрозы» и в качестве стратегического инвестора выбрал американскую корпорацию Williams International. Но американцы были не в силах обеспечить загрузку НПЗ, поэтому переговоры с «ЛУКОЙЛом» продолжались. За гарантированную поставку нефти на Мажейкяйский НПЗ «ЛУКОЙЛу» был обещан блокирующий пакет акций, но такой расклад его не устроил. Сложившейся ситуацией ловко воспользовался «ЮКОС». Председатель международной штаб-квартиры «ЮКОСа» в Лондоне лорд Оуэн встретился с президентом Литвы Валдасом Адамкусом и убедил его в том, что «»ЮКОС» — прозрачный, ориентированный на прибыль, долгосрочный инвестор». В итоге контрольный пакет Mazeiki Nafta, приобретенный двумя равными долями в июне и сентябре 2002 года, обошелся «ЮКОСу» в $150 млн.
Это было лишь началом «черной» полосы «ЛУКОЙЛа». В апреле 2002 года компания объединила свои усилия с английской фирмой Rotch Energy, чтобы получить контроль над польским государственным предприятием Rafineria Gdanska, в состав которого входят одноименный НПЗ и сеть заправочных станций. В июле правительство Польши заявило о заключении контракта в ближайшее время.
Время шло, а сделка так и не состоялась. В очередной раз вместо здравого финансового прагматизма верх одержала идеологическая составляющая возможной покупки. Общественное мнение Польши было разогрето националистическими лозунгами и опасениями «угрозы энергетической безопасности». Правительство Польши быстро дало обратный ход, а на сцене появился новый заинтересованный игрок — польская топливная компания PKN Orlen, связанная с политической элитой страны. Быстро сориентировавшаяся Rotch Energy перебежала на сторону вновь прибывшего игрока. (На состоявшейся в феврале встрече премьер-министр Михаил Касьянов заявил своему польскому коллеге Лешеку Миллеру, что Россия следит за участием отечественных компаний в польской приватизации. В списке заинтересованных компаний был назван и «ЛУКОЙЛ», но лоббирование, если его так можно назвать, ограничилось словами.)
Но Польшей злоключения «ЛУКОЙЛа» с PKN Orlen не закончились. В очередной раз польский концерн перебежал дорогу российской компании в Германии. Транснациональная компания British Petrolem решила поглотить местную компанию Veba Oel, главной ценностью которой является 2500 автозаправочных станций, но немецкое антимонопольное ведомство дало согласие на сделку после того, как англичане выставили на продажу 800 АЗС и один нефтеперерабатывающий завод. Иначе они бы превысили максимальный порог для одного игрока на топливном рынке.
«Лишние» станции привлекли большое внимание отечественных нефтяных компаний. НПЗ и 340 АЗС на юге Германии облюбовала «Татнефть», а остальные 460 заправок привлекли внимание «ЛУКОЙЛа», уже создавшего дочернюю компанию для оперативного управления немецкими активами. Тут и появился старый польский знакомый, который перехватил собственность, заплатив BP $300 млн.
Не менее запутанно выглядит еще одна сделка, в которой также участвует «ЛУКОЙЛ». Правительство Греции решило выставить на продажу 23% акций компании Hellenic Petrolem, которой принадлежат три нефтеперерабатывающих завода, каждая четвертая автозаправочная станция в Греции, а также станции в Македонии, Албании и Грузии.
В мае 2002 года официальный представитель правительства Греции заявил, что «ЛУКОЙЛ», объединившийся в этот раз с местной компанией Latsis Grop, является «эксклюзивным претендентом». Российско-греческий консорциум предложил за блокирующий пакет акций 454 млн евро. Однако действия вокруг Hellenic Petrolem стали развиваться по польскому сценарию. Группа акционеров обратилась в правительство с требованием отложить продажу. Акционеры аргументировали требование тем, что стоимость греческой компании после приобретения «ЛУКОЙЛом» пакета ее акций упадет. Руководитель пресс-службы «ЛУКОЙЛа» Дмитрий Долгов в конце января заявил журналу «Viberi», что греческая сторона вновь перенесла рассмотрение заявок на 3 февраля. Но развязки так и не последовало.
Греческое правительство выразило намерение о продаже 35% акций местного газового монополиста DEPA, которые принадлежали Hellenic Petrolem (обе компании контролируются государством). Это решение, несомненно, должно снизить привлекательность и цену пакета акций Hellenic Petrolem, и достичь окончательного соглашения по продаже не удалось. «ЛУКОЙЛ» заявил о готовности рассматривать в будущем проекты по стратегическому сотрудничеству, а греческая сторона — о возможности поиска другого инвестора для нефтяного комплекса.
Дружба дружбой, а бизнес бизнесомВсе эти события, конечно, негативным образом сказались на «ЛУКОЙЛе», но такие неудачи могут подстерегать любую фирму. Поэтому самый большой резонанс в бизнес-среде был вызван публичным скандалом, связанным с месторождением в Ираке.
В декабре 2002 года Министерство нефти Ирака неожиданно для всех (на фоне возможной американской военной операции) разорвало контракт с «ЛУКОЙЛом» на разработку нефтяного месторождения Западная Курна — 2, запасы которого оцениваются в 20 млрд баррелей. От участия в консорциуме была устранена только компания Lkoil Overseas Holdings (дочерняя структура «ЛУКОЙЛа»), владеющая долей в 68,5%, а за «Зарубежнефтью» и «Машиноимпортом» были сохранены их пакеты акций.
Мнение большинства отраслевых аналитиков свелось к тому, что Ирак пытается наказать Россию за то, что она поддержала решение Совета Безопасности ООН о направлении в Багдад группы инспекторов. Официальные представители Ирака поспешили опровергнуть эту точку зрения. Отстранение «ЛУКОЙЛа» от участия в проекте они связали с бездействием самой компании, которая не выполняет обязательства по договору. Ссылки же самого «ЛУКОЙЛа» на невозможность ведения работ, пока действуют санкции ООН, Багдад посчитал безосновательными. В пример представители Министерства нефти привели другие иностранные компании, которые при угрозе войны занимаются разработкой нефтяных месторождений.
В «ЛУКОЙЛе» обвинения иракцев отвергают, считая, что действия, которые не подлежат санкциям, то есть геологоразведку, бурение и обустройство инфраструктуры компания проводила в соответствующем объеме еще в советское время и в начале 90-х годов. На этапе, когда необходимо было либо прекращать работы, либо обходить санкции, «ЛУКОЙЛ» выбрал первое. Вице-президент компании Леонид Федун, комментируя решение иракского правительства, заявил о том, что односторонний разрыв контракта возможен только после решения Женевского арбитражного суда.
Напряженность в отношениях была прервана в ходе недавнего визита в Ирак государственных чиновников и менеджеров нефтяных компаний. Иракская сторона, как могла, старалась загладить последствия публичного скандала. А еще четыре месторождения обрели своих операторов в лице российских компаний. «Зарубежнефть» получила на разработку месторождение Бин Умар, запасы которого оцениваются в 6 млрд баррелей. Не столь известной компании «Союзнефтегаз» достались нефтяные залежи Рафидайн (извлекаемые ресурсы — 600 млн баррелей). «Стройтрансгаз» ведет переговоры с Министерством нефти Ирака на право разработки месторождения блок-4 в Западной пустыне, а «Татнефть» хотела бы получить доступ к девятому блоку этого большого нефтяного месторождения. Подписанные договоры позволят улучшить отношения между Москвой и Багдадом. В соглашениях можно усмотреть двойной смысл. На первый взгляд складывается впечатление, что Россия будет стремиться к недопущению агрессии США без санкций ООН. Но нельзя забывать и о том, что в случае нападения США и Великобритании с последующим переходом Ирака под их контроль нефтяные месторождения станут «островками» отечественной нефтяной отрасли, с которых ее нельзя уже будет сбросить.
Была достигнута и договоренность по «ЛУКОЙЛу». Стороны решили впервые с 1999 года провести в феврале заседание исполнительного органа проекта «Западная Курна — 2» — объединенного управляющего комитета, на котором планировалось обсудить план работ на 2003 год, что являлось неофициальным свидетельством того, что месторождение все-таки останется за компанией.
Однако 10 февраля заместитель министра нефти Ирака вновь заявил о том, что контракт разорван и обсуждать этот вопрос не имеет смысла. «ЛУКОЙЛ» на очередной демарш Багдада ответил не менее стандартной формулировкой о невозможности аннулирования договора в одностороннем порядке.
ЧАСТЬ 2. ГОНКА ЗА ЛИДЕРОМНеудачи «ЛУКОЙЛа» были прерваны только в декабре 2002 года. Нефтяная компания решила выйти из состава консорциума, занимающегося разработкой месторождения Азери-Чираг-Гюнешли, в начале 90-х годов заявленного как «проект века».
«ЛУКОЙЛ» продал свою долю в Азербайджанской международной операционной компании японской Inpex Corp. Вложив за все время в проект около $400 млн, российская нефтяная компания получила за свои 10% $1,375 млрд. Прибыль со сделки можно оценить почти в $1 млрд.
Руководство «ЛУКОЙЛа» довольно заключенной сделкой. Но стоит напомнить, что запасы месторождения Азери-Чираг-Гюнешли оцениваются в 4,3 млрд баррелей. И поэтому «ЛУКОЙЛ» в соответствии со своей долей в перспективе мог получить доход в $8-10 млрд, если исходить из ценовой вилки на нефть в размере $18-23.
Есть и еще одно «но» в этой сделке. По условиям контракта «ЛУКОЙЛ» должен получить согласие на продажу от всех участников, обладающих преимущественным правом покупки. И только после этого можно будет говорить об окончательном выходе компании из проекта.
А ранее, в ноябре 2002 года, компания разместила среди квалифицированных институциональных инвесторов конвертируемые облигации на сумму в $350 млн, которые должны пойти на обслуживание текущих долговых обязательств и на инвестиционные нужды. Выпуск бондов и заявленное неучастие «ЛУКОЙЛа» в приватизации «Славнефти» послужили одной из опорных точек для повышения кредитного рейтинга компании. В начале декабря прошлого года агентство Standard & Poor’s установило его на уровне BB- (прогноз изменения «стабильный»). По мнению аналитиков агентства, рейтинг отражает позицию «ЛУКОЙЛа» как лидера российской нефтяной отрасли по добыче и запасам. К положительным факторам также были отнесены меры по реструктуризации компании, а также способность «ЛУКОЙЛа» генерировать значительные денежные потоки.
British Petrolem как «медведь»После новогодних праздников следовало ожидать традиционного роста котировок акций на фондовом рынке. Но 2003 год сломал традицию. В авангарде понижения шли нефтяные акции. И прежде всего «ЛУКОЙЛа». Причиной стало то, что компания British Petrolem, воспользовавшись опционом на досрочный выкуп своих облигаций, вышла из состава акционеров «ЛУКОЙЛа». Ценные бумаги российской нефтяной компании оказались в руках у англичан после покупки американской Arco в 2000 году. Часть пакета British Petrolem продала сразу в феврале 2001 года (это вызвало падение акций «ЛУКОЙЛа» на 10%), а 4% тогда же конвертировала в собственные облигации с пятилетним сроком погашения, получив в ходе эмиссии $420 млн.
3 января 2003 года BP объявила о том, что с 10 февраля начинается досрочный выкуп облигаций по номиналу, то есть конвертация в ADR «ЛУКОЙЛа» будет невозможна. Это сообщение и вызвало падение акций нефтяной компании. Ценные бумаги в тот день просели на 5,1% — с $15,56 до уровня $14,77. В последующие дни акции, однако, это падение «отыграли». Простые подсчеты говорили о том, что держатели облигаций выберут путь конвертирования облигаций в акции «ЛУКОЙЛа» (номинальная стоимость ADR — около $50, среднерыночная цена ADR — около $60). Дополнительную прибыль получит и BP. Во-первых, стоимость ADR возросла с момента покупки Arco, во-вторых, нет необходимости платить 3-процентный купонный доход владельцам облигаций.
По оценкам менеджмента, после завершения конвертации в свободном обращении будут находиться 52% акций «ЛУКОЙЛа». И теоретически любой инвестор может скупить контрольный пакет акций компании. Однако такую возможность официальный представитель компании назвал бессмысленной, подчеркнув, что «»ЛУКОЙЛ» — публичная компания и обращение крупного пакета — нормальное явление».
К назначенному сроку все 100% облигаций были конвертированы в ADR «ЛУКОЙЛа».
Год «ЮКОСа»?Компании Михаила Ходорковского поглощения в прошлом году удались лучше, чем главному конкуренту. В апреле была завершена сделка по приобретению 49% словацкого нефтепроводного оператора Transpetrol. «ЮКОС» захватил и прибалтийские ворота — Mazeiki Nafta. Окончательно под контроль «ЮКОСа» перешла и Восточная нефтяная компания.
В январе 2003 года окончательно разрешена конфликтная ситуация вокруг газодобывающей компании «Роспан», за которую с переменным успехом боролись «ЮКОС» (собственник 100% акций) и ТНК (держатель половины кредиторской задолженности). Нефтяники пришли к мировому соглашению — «ЮКОС» продал ТНК 44% акций «Роспана» за $44 млн, тогда же обе компании заключили соглашение о проведении открытого тендера на управление газовой компанией.
В конкурсе, итоги которого подводила консалтинговая фирма PriceWaterhoseCoopers, победила ТНК. В соответствии с бизнес-планом «тюменцы» обязуются вложить в «Роспан» $741 млн в течение семи лет. Если в какой-нибудь год прибыль газовой компании не будет адекватна бизнес-плану, то управляющая компания выплатит недостающую сумму акционерам из собственных средств. В случае повторения такого сценария управляющий будет отстранен.
«ЮКОС» достиг успехов и в получении кредитных рейтингов. В декабре прошлого года Standard & Poor’s присвоило компании наивысший долгосрочный рейтинг среди частных российских компаний — BB (прогноз изменения рейтинга «стабильный»). Агентство также отметило, что «ЮКОС» обладает значительными запасами и динамичным приростом добычи нефти, демонстрирует низкие издержки.
В январе этого года Moody’s присвоило «ЮКОСу» рейтинг Ba2, что также является наивысшим достижением для российских корпоративных эмитентов. Такое положение нефтяной компании агентство аргументировало взвешенной финансовой политикой, большой прибыльностью и высоким уровнем внутрикорпоративного управления.
Еще одним шагом «ЮКОСа» стало повышение суммы выплачиваемых дивидендов. Другие нефтяные компании предпочли либо минимизировать затраты на выплату дивидендов, либо оставили их на прошлогоднем уровне. По итогам трех кварталов прошлого года «ЮКОС» решил выплатить акционерам $400 млн, или 5,7 рубля на одну обыкновенную акцию.
Но все же бочка меда не осталась без ложки дегтя. Проект «ЮКОСа» по строительству нефтепровода Ангарск-Дацин так же, как Мурманский нефтепровод, оказался под вопросом (об этом ниже). А появившиеся уже в этом году негативные мнения о методах нефтедобычи «ЮКОСа», озвученные в некоторых СМИ, представитель пресс-службы назвал «непрофессиональными, которые и комментировать не хочется».
Братство нефти…Одной из главных обсуждаемых тем для нефтяной промышленности в 2002 году стали нефтепроводы. Нефтяники предполагают дальнейшее увеличение добычи нефти, а так как внутренний спрос стабилен, то подавляющая часть ресурсов пойдет на экспорт. Современная трубопроводная сеть в России работает на пределе своих возможностей, и дополнительные объемы нефти она просто физически не прокачает.
К долго вынашиваемому проекту нефтепровода Ангарск-Дацин, усиленно продвигаемому «ЮКОСом», который подписал ряд меморандумов с китайскими компаниями о загрузке, присоединился осенью 2002 года проект строительства частного нефтепровода Западная Сибирь-Мурманск. Он был скоординирован «ЛУКОЙЛом», «Сибнефтью», ТНК, «ЮКОСом», к которым позже подключился «Сургутнефтегаз». Проектная мощность Мурманской трубопроводной системы составляет 80 млн тонн, планируемые инвестиции — $3,2-4,5 млрд.
Мечты нефтяников о своем трубопроводе развеял председатель правительства Михаил Касьянов, который на совещании в Мурманске заявил, что все новые нефтепроводы в России должны принадлежать государству, а частным инвесторам возможны послабления в виде льготного транспортного тарифа.
Тогда нефтяники вышли с новой инициативой. Руководитель пресс-службы «ЮКОСа» Александр Шадрин, комментируя позицию компании, заявил, что «она одинакова для всех проектируемых нефтепроводов». По его словам, «ЮКОС» (как и другие компании) готов видеть в качестве оператора государственную компанию, но «мы хотели бы пропорционально своим инвестициям получить объем прокачки в трубе и гарантированный тариф». Эта уступка со стороны нефтяных компаний пока опять не нашла понимания среди чиновников.
Аналитик ИК «Тройка-Диалог» Валерий Нестеров заявил журналу «Viberi», что «возможен ряд вариантов разрешения ситуации, и действия нефтяников — это уже компромисс». Главным камнем преткновения остается тема равного доступа к трубе, на котором настаивает правительство.
Несомненно, дискуссия вокруг нефтепроводов будет накаляться по мере того, как будет приближаться возможный срок принятия Энергетической стратегии России. А это май 2003 года.
Хотя CNPC, китайский партнер «ЮКОСа», ожидает принятия решения правительства уже на этой неделе, 13 марта. А кабинету министров будет из чего выбрать. Кроме противостоящих друг друг проектов Ангарск-Дацин («ЮКОС») и Ангарск-Находка («Транснефть») появился компромиссный вариант Минэнерго (единая труба с постепенным вводом линий нефтепровода в нужные стороны), учитывающий то, что совокупная добыча нефти в Восточной Сибири в ближайшие годы не сможет закрыть потребности и китайцев, и японцев.
Пытаясь надавить на правительство по вопросу о частных нефтепроводах, нефтяники прилагают усилия для появления законодательных инициатив, которые бы прямо прописали возможность строительства и владения трубопроводом для нефтяной компании. К примеру, был реанимирован проект закона о магистральном трубопроводном транспорте, который Государственная Дума утвердила в первом чтении в уже далеком 2000 году. Но и эти попытки пока остаются безрезультатными с точки зрения принятия конкретного решения.
Публичная дискуссия по нефтепроводам стала еще одним катализатором для отечественной нефтяной промышленности. Частные компании и их владельцы нашли общий язык для отстаивания отраслевых интересов. Это не всех устраивает. Так, президент «Роснефти» Сергей Богданчиков в интервью «Ведомостям» выразил озабоченность таким развитием событий: «Сегодня у нас по каждому поводу, который возникает в нефтяной индустрии, пишутся письма за несколькими подписями, и они начинают определять слишком многое. Вы знаете, о ком я говорю, и знаете, сколько таких писем было в прошедшем году. Этот год не успел начаться — опять сплошные письма по каждому поводу».
Но «Роснефть» в сделке с «Северной нефтью», которая привлекла пристальное внимание нефтяников, также была заинтересованной стороной.
В конце января 2003 года пять нефтяных компаний — «ЛУКОЙЛ», «Сибнефть», «Сургутнефтегаз», ТНК и «ЮКОС» — направили обращение председателю Высшего арбитражного суда РФ Владимиру Яковлеву, в котором говорилось «о непрозрачности конкурса, проведении его с нарушением действующего законодательства». Буквально тут же Минэкономразвития направило в тот же юридический орган письмо, в котором просит не отзывать лицензию у «Северной нефти».
Из этих действий нефтяников и чиновников можно сделать два парадоксальных вывода. Во-первых, давление на судебную власть в России уже оказывается открыто, что уже лучше так называемого телефонного права. Во-вторых, чиновники, ответственные за ТЭК, раскололись на три части (Минэнерго — «гнездо» нефтяников, Минприроды и Минэкономразвития с полярными позициями), в чем можно усмотреть что угодно, но только не профессионализм.
«Роснефть» все же купила «Северную нефть», заплатив за нее $600 млн. «ЛУКОЙЛ», как и Минприроды, заявил о продолжении судебной борьбы. Но прежде скандальные события всплыли на самом высоком уровне, где нефтяное лобби получило отпор.
На встрече президента Владимира Путина с крупнейшими бизнесменами глава «ЮКОСа» (!, а не «ЛУКОЙЛа») опять поднял этот вопрос. Михаил Ходорковский, излагая проблему коррупции, плавно перешел к «Северной нефти»: «Вот возьмем, например, покупку „Роснефтью“ „Северной нефти“. Все считают, что эта сделка имела, так сказать, дополнительную подоплеку…» Ответ президента России был жестким. Владимир Путин осадил Михаила Ходорковского, сказав, что «Роснефти» надо увеличивать запасы, а вот в методах, как это делал раньше «ЮКОС», еще следует разобраться.
Не надо быть провидцем, чтобы утверждать, что теперь перспективы «ЛУКОЙЛа» в деле «Северная нефть» — Вал Гамбурцева сведены к нулю. И компания Вагита Алекперова предпочла договориться. 21 февраля президенты «ЛУКОЙЛа» и «Роснефти» подписали меморандум о взаимопонимании, в котором подчеркивается тот факт, что стороны отказываются от претензий по всему спектру вопросов. Конкретный механизм урегулирования пока не известен, но скорее всего предметом работы совместной рабочей группы станут «Северная нефть» и «Архангельскгеолдобыча» (75% — «ЛУКОЙЛ» и 25% — «Роснефть»), владеющая лицензиями на нефтяные и алмазные месторождения.
Мы за ценой не постоимВ последнее время президент «ЮКОСа» Михаил Ходорковский часто публично выступает с собственным видением проблем нефтяной отрасли. В частности, он выразил несогласие с проводимой властями политикой, когда нефтяная рента собирается не в виде налогов и проданных лицензий на месторождения, а обеспечивается высокими тарифами на прокачку нефти по трубопроводам. По его мнению, государству уже давно пора продавать запасы исходя хотя бы из цен на азербайджанские месторождения, где цена составляет $5-7 за тонну запасов против отечественных $1-2. Есть одно «но» — прежде необходимо обеспечить стабильность налогового законодательства.
Так получилось, что высказывания главы «ЮКОСа» совпали с переносом аукциона по Талаканскому нефтегазовому месторождению. Торги, назначенные на 26 декабря, были перенесены за месяц до срока, хотя к участию в аукционе был проявлен неподдельный интерес. Заявки подали «Газпром», «Роснефть», «Сибнефть», «Сургутнефтегаз», ТНК, «ЮКОС» и франко-бельгийская TotalFinaElf. Свое решение Минприроды и Минэкономразвития обосновали тем, что $56 млн — маленькая цена для бонуса, тогда как условия инвестирования (в первый год разработки — $150 млн, во второй — $200 млн) слишком тяжелы.
И 31 января 2003 года Минприроды вышло с новой инициативой. Стартовую цену предложено было установить на отметке $900 млн с последующим шагом $9 млн, то есть предполагаемая цена за тонну запасов составляет $7,26. Такая цена шокировала возможных претендентов на месторождение, эксперты заговорили о возможном срыве еще не назначенного аукциона. По логике чиновников тонна запасов Талаканского месторождения оценивается в 1,5-2 раза больше тонны запасов действующих нефтяных компаний, обладающих значительной инфраструктурой, а также нефтеперерабатывающими активами.
Аналитик ИК «Проспект» Дмитрий Царегородцев считает, что при таких условиях аукцион не состоится: «В прошлый конкурс „ЮКОС“ и „Сургутнефтегаз“ предлагали цены в районе $200 млн. Это бонус государству. Они закладывали определенный процент рентабельности. Несмотря на сегодняшние высокие цены, долгосрочные ориентиры у всех компаний завязаны из цены $18-19 за баррель. И они правы, цены на нефть снижаются. Если проследить цены на нефть в долгосрочном периоде, по инфляции сравнить, то они имеют тенденцию к снижению. Нефтяные компании свою оценку вынесли. Не вижу оснований, чтобы они за этот год пересмотрели свои модели в четыре раза».
По уже имеющейся традиции Минэкономразвития поспешило откреститься от коллег из Минприроды, назвав бонус в $900 млн завышенным. По предварительным оценкам Минэкономразвития, стартовая цена должна находиться на уровне $100-150 млн. С ней согласен и Дмитрий Царегородцев: «Может быть незначительная корректировка — $250-300 млн, кто-то, может быть, согласится заплатить $400 млн, но $900 млн — это уже предельно».
ЧАСТЬ 3. ЗА ЯЗЫКОМ ЦИФР2002 год начался для нефтяников плохой конъюнктурой рынка нефти. Особенно провальным выдался первый квартал. Но ко второй четверти года ситуация на нефтяных рынках стала выправляться. В качестве главного фактора роста цен — war premim, связанный с конфликтной ситуацией вокруг Ирака. Эта причина оставалась доминирующей на протяжении 2002 года, довлеет она над рынком и в 2003 году. Во втором полугодии 2002 года цена за баррель нефти неоднократно зашкаливала за $30. Причиной для нового витка цен стала внутренняя обстановка в Венесуэле.
Неудивительно, что финансовые показатели большинства российских нефтяных компаний в первом квартале «просели». Но к 9 месяцам консолидированные финансовые результаты должны были выправиться. Но этого не произошло. Количественные оценки (выручка, расходы) действительно продемонстрировали определенный рост, но качественные (прибыль, рентабельность) не оправдали даже пессимистических прогнозов аналитиков.
По оценкам специалистов ИГ «Атон» (август 2002 года), выручка и EBITDA (прибыль без учета процентов по кредитам, налогов и амортизационных отчислений) «ЛУКОЙЛа» имеет большую чувствительность к изменениям цен на нефть, чем у «ЮКОСа», поскольку у первой компании один из самых высоких уровней финансового и операционного рычага. То есть «ЛУКОЙЛ» резче улучшает финансовые показатели при повышении цен на нефть, но и больше теряет при понижении цен. «ЮКОС», по мнению аналитиков инвестиционной компании, может увеличить показатели реализации и EBITDA за счет достаточно быстрого роста добычи.
Фактически третий квартал лучше удался «ЮКОСу». Компании удалось увеличить выручку почти на треть по сравнению со вторым кварталом — до $3,38 млрд. Рост реализации «ЛУКОЙЛа» оказался более инерционным — 16,4%.
По итогам 9 месяцев 2002 года компании показали практически равное увеличение выручки. Для «ЛУКОЙЛа» — 5,8% по сравнению с тем же периодом 2001 года, для «ЮКОСа» — 5,6%. И это при росте добычи нефти для второго на 17,8%, у конкурента — лишь на 2,9%. Кроме цены на повышение продаж оказал существенное влияние экспорт нефти, который демонстрирует положительную динамику у обеих компаний. У «ЛУКОЙЛа» — 8,7%, для «ЮКОСа» — 15,5%. При средней экспортной цене $21,3 за баррель сырой нефти у «ЛУКОЙЛа» и $23,2 — у «ЮКОСа».
Опережающими темпами в 2002 году росли операционные расходы. И если «ЮКОСу» в третьем квартале удалось их обуздать (темп роста выручки был выше, чем темп роста расходов), то у «ЛУКОЙЛа» этого не получилось, так как операционные затраты росли в полтора раза быстрее, чем продажи.
Более негативная тенденция сложилась по результатам 9 месяцев. При увеличении продаж приблизительно на 6% от уровня соответствующего временного интервала у обеих компаний рост операционных затрат составил у «ЛУКОЙЛа» 16,7%, у «ЮКОСа» — 15,1%.
Значительное увеличение расходных статей компаний обусловлено целым букетом причин. Увеличение тарифов на железнодорожный транспорт, рост объема реализации и процессов консолидации — далеко не полный их список. Но особо габаритно выросла налоговая составляющая расходов. Прежде всего из-за введения с 1 января 2002 года налога на полезные ископаемые. Выплаты по налогам (кроме налога на прибыль) за 9 месяцев для «ЛУКОЙЛа» составили $2,8 млрд с ростом на 45,6% по сравнению с тем же периодом 2001 года. У «ЮКОСа» налоговые отчисления — $2,05 млрд и повышение на 33,9%. Налоговая нагрузка (без учета налога на прибыль) на 1 тонну добытой нефти для «ЛУКОЙЛа» повысилась с $37,47 до $52,77, для «ЮКОСа» — с $35,9 до $40,8.
Еще одним фактором падения прибыли для «ЛУКОЙЛа» стала выплата единовременного налогового платежа. В 2001 году федеральный бюджет потерял значительные средства от действий администрации города Байконур, которая предоставляла зарегистрированным в нем коммерческим структурам льготное налогообложение, в том числе по акцизам на нефтепродукты. «ЛУКОЙЛ» через аффилированную компанию «Поликон» (юридический адрес — Байконур) фактически выводил прибыль от работы Ухтинского и Волгоградского НПЗ. У налоговых органов возникли претензии к «ЛУКОЙЛу», и компания предпочла урегулировать вопрос и выплатила $103 млн в бюджет.
Преобладающий рост операционных затрат у «ЛУКОЙЛа» в третьем квартале большинство экспертов связали с активной закупкой компанией нефти и нефтепродуктов ($947 млн в третьем квартале против $1,178 млрд за первое полугодие) у третьих сторон. «ЛУКОЙЛ» таким образом обеспечивает сеть автозаправок Getty в США, восточноевропейские НПЗ и АЗС. И если в первом полугодии рентабельность зарубежных проектов (нефтепереработка и сбыт) была на нормальном уровне, то во втором катастрофически упала из-за высоких цен на нефть. Дмитрий Царегородцев из «Проспекта» оценивает рентабельность как величину, близкую к нулю: «Цены на нефтепродукты в Западной Европе и США более или менее стабильны и регулируются антимонопольным ведомством. Единственное, что изменяется, — это прибыль от нефтепереработки: по международным источникам она раз в пять сжалась в 2002 году (в конце года она была значительно ниже, чем в начале)».
Как следствие у «ЛУКОЙЛа» и «ЮКОСа» — снижение прибыли. EBITDA у «ЛУКОЙЛа» в третьем квартале сжалась на 6,1% по сравнению со вторым кварталом, а чистая прибыль — на 15,1%. У «ЮКОСа» в отдельно взятом третьем квартале результаты сверхвысокие: увеличение EBITDA на 40,3%, а чистой прибыли — на 43,1%.
По консолидированной финансовой отчетности за 9 месяцев картина не такая радужная. Падение EBITDA у «ЛУКОЙЛа» на 18,9%, а чистой прибыли — на 23% по сравнению с соответствующим периодом 2001 года. У «ЮКОСа» снижение EBITDA на 6,8%, а чистой прибыли — на 6,1%. Чистая прибыль на одну акцию у «ЛУКОЙЛа» снизилась с $2,42 до $1,66 (-31,4%). Для «ЮКОСа» данный показатель уменьшился с $1,28 до $0,96 (-25%). Столь значительный провал «ЛУКОЙЛа» можно объяснить тем, что в первом полугодии компания потеряла прибыль (как «ЮКОС») из-за низких цен на нефть, а в третьем квартале — убыточностью зарубежных проектов.
«ЮКОС» по-прежнему остается более эффективной компанией. Если «ЛУКОЙЛу» удалось снизить средние расходы на добычу 1 барреля нефти с $2,79 (9 месяцев 2001 года) до $2,61 (9 месяцев 2002 года), то «ЮКОС» снизил себестоимость добычи барреля на 21% до $1,4 (следует заметить, что прямое сопоставление данных не совсем уместно, так как с третьего квартала «ЮКОС» применяет иную методологию для расчетов).
Другой пример. Чистая рентабельность «ЮКОСа» — 34%, «ЛУКОЙЛа» — 12%. Причем падение этого показателя от уровня 9 месяцев 2001 года у первого — 10,5%, а у второго — 29%. Не менее важен еще один показатель, соотносящий EBITDA с добычей нефти. У «ЛУКОЙЛа» он равен $6,71, у «ЮКОСа» — $8,3.
Осенью 2002 года эксперты ИГ «Атон» провели оценку российских нефтяных компаний на основе стоимости активов. В качестве показателя была выбрана чистая приведенная стоимость запасов (NPV). По выводам аналитиков большинство компаний торгуется в соответствии со своей рыночной капитализацией. Однако NPV запасов необходимо рассматривать лишь как минимальную стоимость компаний, и «ЛУКОЙЛ» с «ЮКОСом» пошли к этой отметке. Крупнейшие западные энергетические фирмы торгуются со значительной премией, и уровень капитализации превышается NPV запасов в несколько раз. Так что акции российских нефтяных компаний еще имеют стимул к росту.
Амбиции в 2003 году, или Борьба продолжаетсяНикто из конкурентов не застрахован от того, что «ЛУКОЙЛ» преподнесет сюрпризы. Компания активно проводит внутреннюю реструктуризацию (повышение эффективности работы и оптимизацию структуры, снижение издержек, совершенствование системы корпоративного управления и аудита), поэтому внутренних резервов более чем достаточно. К примеру, в конце февраля 2003 года была завершена сделка по приобретению «ЛУКОЙЛом» 100% акций «ПФПГ-Энерджи» за $398 млн, владеющей 27% акций ЗАО «ЛУКОЙЛ-Пермь», одной из основных добывающих структур «ЛУКОЙЛа». Теперь под контролем материнской компании находятся все 100% акций «дочки».
Консервативная политика в области нефтедобычи (незначительный прирост и увеличение запасов сырья), а также проводимые меры по повышению эффективности работы компании должны рано или поздно дать положительный эффект. Возможные перспективы связаны с газовым рынком страны, на котором «ЛУКОЙЛ» пытается стать активным игроком (если, конечно, будет проведена либерализации этого рынка), со строительством нефтяного терминала на Балтийском побережье и дальнейшим проникновением в страны Восточной Европы.
В этом году можно было спрогнозировать, что «ЮКОС» станет лидером по нефтедобыче. В «ЛУКОЙЛе» не видят в этом ничего трагичного. Руководитель пресс-службы Дмитрий Долгов заявил, что «мы ни за кем не гонимся и не стараемся любой ценой удержать лидерство по добыче». Действительно, в январе 2003 года «ЮКОС» добыл 6,65 млн тонн, а «ЛУКОЙЛ» — 6,56 млн тонн. Однако ситуация может измениться в любой момент. «ЛУКОЙЛ» активно подминает под себя маленькие нефтедобывающие компании, увеличивая консолидированный фонд добычи.
«ЮКОС» же занял активную позицию по вопросу соглашения о разделе продукции (СРП). В частности, в СМИ была проведена акция, подчеркивающая негативные стороны СРП. На совещании, проведенном 18 февраля у премьер-министра Михаила Касьянов, руководитель «ЮКОСа» вновь изложил свои аргументы: повышение коррупции, возможные потери бюджета от льготного налогообложения. Заключение главы правительства может вполне удовлетворить противников СРП, так как Касьянов предложил использовать СРП «только в качестве исключительной меры по степени необходимости». Ряд наблюдателей связали решение премьер-министра либо с живым примером BP-ТНК (иностранные компании входят в нефтяную отрасль без преференций), либо с мощностью ресурса «Сибнефти» и «ЮКОСа».
Аналитики ИК «Проспект» высказывают иную точку зрению на происходящее: «Это связано с высокими ценами на нефть. Следует обратить внимание на динамику. Тема СРП активизируется или затихает по мере того, как колеблются цены. Когда условия экспорта для российских нефтяников становятся приемлемыми, то нужда в СРП постепенно снижается, появляются ресурсы для капиталовложений. Как только цены начинают падать, сразу же активизируется партия сторонников СРП. Потому что этот режим подразумевает под собой фактическую страховку, гарантирует возврат капиталовложений.
Сделка с BP, конечно, сыграла свою роль, но это отнюдь не значит, что из нее вытекает, что все проекты в России получили потенциального западного инвестора, в том числе, кстати, труднореализуемые».
Относительно же фондовых перспектив нефтяников в 2003 году Валерий Нестеров из «Тройки-Диалога» сказал, что «бурного роста капитализации нефтяных компаний не ожидается». По его мнению, «рост котировок акций за год может составить 10-15% в лучшем случае», хотя «несомненно, что финансовые показатели всех компаний должны улучшиться». Главной негативной причиной он назвал малое количество новых денег, которое связано с общим состоянием фондового рынка. У аналитика «Атона» Тимербулата Каримова несколько другие цифры. По его оценкам, справедливая цена для акции «ЮКОСа» составляет $12,02, что подразумевает 15% роста. Для «ЛУКОЙЛа» справедливая цена — $18,79 и потенциал роста соответственно 29%. Тимербулат Каримов заявил журналу «Viberi», что «у „ЛУКОЙЛа“ потенциал роста больше, исходя из нынешних показателей».
На вопрос о возможном влиянии на повышение капитализации российских компаний сделок, подобных BP-ТНК, аналитик «Атона» ответил следующее: «Если посмотреть на сделку BP и ТНК, то ничего крайне высокого с точки зрения оценочных коэффициентов мы не увидели. Нельзя говорить о том, что полностью изменился подход к оценке российских нефтегазовых компаний. Здесь больше речь идет о психологическом моменте, то есть изменился инвестиционный климат».
Такой дорогой Талакан
Талакан является одним из крупнейших нефтегазовых месторождений Восточной Сибири. Его извлекаемые запасы оцениваются в 124 млн тонн нефти и 47 млрд кубометров газа. Предполагаемые инвестиции (освоение месторождения, строительство нефтепровода и местного НПЗ) составят несколько миллиардов долларов.
Первая попытка продать Талакан была предпринята в апреле 2001 года, формой участия был выбран конкурс. Победителем стала «Саханефтегаз», выступавшая вместе с «ЮКОСом», пообещавшая размер бонуса в $501 млн. Но таких денег победитель не нашел. И в июне 2002 года Минприроды решило вновь выставить месторождение на продажу, на этот раз с аукциона.
«ЛУКОЙЛ» и «ЮКОС»: итоги 2002 года
«ЛУКОЙЛ» остался лидером по добыче нефти. Его годовой объем составил 78,2 млн тонн (рост на 2,2% по сравнению с 2001 годом). Добыча газа составила 5,1 млрд кубометров. Собственные инвестиции составили $2,4 млрд, что превысило плановые показатели на 5,7%. Экспорт нефти вырос на 4,9% до 34,3 млн тонн. Переработка нефти увеличилась до 41,5 млн тонн (рост на 9,2%). Радикально увеличилась сырьевая база компании — запасы углеводородов выросли на 196 млн тонн условного топлива. Удельные затраты на прирост единицы запасов топлива снижены в 2,3 раза.
«ЮКОС» догоняет «ЛУКОЙЛ» по объемам добычи. Результат 2002 года — 69,5 млн тонн (рост на 19,3%). Добыча газа — 2,39 млрд кубометров. Капитальные вложения составили $1,288 млрд, что несколько превысило бюджет. Экспорт нефти — 36,8 млн тонн (увеличение чуть больше, чем на треть). Объем переработки — 32,9 млн тонн (рост на 13,8%).
Борьба за Вал Гамбурцева
В марте 2001 года победителем конкурса на освоение месторождения Вал Гамбурцева стала тогда еще мало известная компания «Северная нефть» бывшего заместителя министра финансов Андрея Вавилова. «Севнефть» опередила «ЛУКОЙЛ» и «Сургутнефтегаз», уплатив государству $7 млн, хотя конкуренты предлагали в заявках суммы, превышающие $100 млн.
С тех пор деятельность «Северной нефти» проходила в постоянных юридических разбирательствах. К «ЛУКОЙЛу», являющемуся также опосредованно миноритарным акционером (5%) компании Вавилова, присоединилось Минприроды. Если первый отстаивал в судах свою позицию и по незаконному размытию пакета акций («ЛУКОЙЛу» почти удалось аккумулировать 60% акций «Севнефти»), и по результатам конкурса, то второе стремилось отобрать лицензию на разработку месторождения.
Новое дыхание развитие событий вокруг «Северной нефти» получило в начале 2003 года, когда Андрей Вавилов заявил о продаже компании. Аналитики единодушно назвали единственного претендента на покупку — «Роснефть».
«ЛУКОЙЛ» и «ЮКОС»: планы на 2003 год
«ЛУКОЙЛ» собирается превысить уровень в 80 млн тонн для добычи нефти. В компании заявляют, что «будут добывать столько, сколько нужно». Добычу газа «ЛУКОЙЛ» планирует увеличить до 5,7 млрд кубометров, а объем нефтепереработки — до 44,5 млн тонн. Планируемые капитальные вложения останутся на уровне 2002 года и составят $2,4 млрд. «ЮКОС» же запланировал увеличить добычу до 83 млн тонн, а объем извлекаемого газа — до 5,6 млрд кубометров. Нефтепереработку планируется оставить на том же уровне. Капитальные вложения должны составить $1,759 млрд. «ЮКОС» планирует довести экспорт до 52,3 млн тонн.