Рубрики
Статьи

«Viberi» Заложенный «мусор»

«Viberi» Заложенный «мусор»
«Viberi» Заложенный «мусор»В прошлом году в Алтайском крае судебные приставы-исполнители совместно со службой безопасности (СБ) филиала Сбербанка выехали арестовывать имущество, заложенное фирмой «Каскад-II». Каково же было удивление чиновников и банкиров, когда по адресу, где должен был находиться залог, они не обнаружили ни производственного помещения, ни оборудования, ни склада. Вместо имущества стоимостью 600 тыс. рублей перед «гостями» предстали руины. «Во многих регионах в 50% случаев работники банка даже не имеют понятия о месте нахождения заложенного имущества и при заключении договоров не выезжают на проверку обеспечения по кредиту, – сетует советник управления организации исполнительного производства Федеральной службы судебных приставов России (ФССП) России Лариса Калганова. – Банкиры просто принимают на веру документы, предоставленные залогодателем».
Печальные истории с «плохими» залогами не всегда результат сговора мошенников с представителями кредитной организации. Иногда кредиторы сами обрекают себя на убытки. «В качестве обеспечения по кредиту залогодатель предоставил 850 коробок вина, – рассказывает бывший сотрудник кредитного отдела одного из столичных банков, пожелавший остаться неназванным. – Только при повторной проверке выяснилось, что коробок значительно меньше, а некоторые из них не укомплектованы полностью».
Один на всех. На Чукотке мать и дочь в качестве индивидуальных предпринимателей набрали займов на сумму 10 млн рублей. По каждому кредиту они закладывали одно и то же оборудование стоимостью 300 тыс. рублей без указания идентификационных номеров. Через какое-то время предприимчивые родственницы были арестованы, залог продан. Однако от реализации удалось получить лишь 29 тыс. руб.
«Это распространенный вид мошенничества с залогом, – комментирует зампред Инвестторгбанка Сергей Лягин. – В итоге cразу несколько банков претендуют на одно и то же имущество». Кредитные организации подают в суд, который обычно принимает следующее решение: средства от продажи залоговой массы делятся между обманутыми кредиторами. «Против мошенников возбуждается уголовное дело, но банкирам от этого не легче, поскольку вернуть средства наказание не позволяет», – продолжает эксперт.
В России пока нет единого реестра, где хранилась бы информация обо всем обремененном имуществе. Этим и пользуются предприимчивые заемщики. По мнению Сергея Лягина, в части проверки «чистоты» обеспечения полезными могли бы оказаться бюро кредитных историй (БКИ): если бы банки предоставляли в БКИ информацию об обременении, финучреждения имели бы возможность проверять не только кредитные истории, но и «подозрительное» имущество.
Трубу проглядели. Банк не всегда учитывает, что к моменту реализации стоимость залога может существенно снизиться или же он вовсе окажется неликвидным. Зачастую кредиторы не проводят мониторинг залогового обеспечения. Так, одна из кредитных организаций Томска в качестве обеспечения по ссуде приняла от заемщика трубопровод. Когда же приставы пришли его арестовывать, оказалось, что трубы разобраны, и вместо дорогостоящего имущества есть только груда бесполезного железа. Естественно, на торгах (по закону арестованное имущество распродается посредством открытого аукциона) стартовая цена «трубопровода» была существенно снижена.
«Был случай, когда в качестве залога банк принял большой промышленный пресс, – рассказывает Сергей Лягин, – однако его демонтаж стоил гораздо дороже, чем он сам. Выходит, обеспечение было изначально абсурдным».
«Если продать имущество на аукционе не удалось, взыскатели часто отказываются забирать оставшийся «неликвид», – говорит Лариса Калганова. – Тогда залог возвращается должнику». Другой вариант – попытаться продать обеспечение самостоятельно. «Как правило, сделать это быстро не удается, – комментирует начальник отдела клиентского развития Московского кредитного банка Евгений Ельский. – Если речь идет о больших станках, банку будет необходимо арендовать помещения для хранения оборудования. Продав его, кредитор не может возместить даже расходы на аренду».
Неверный ценник. Между рыночной стоимостью залога и ценой имущества, указанной в договоре, нередко возникает существенная разница. Банки, поставившие перед собой цель как можно быстрее нарастить кредитный портфель, нередко не слишком внимательно отслеживают такие нюансы. Если заемщик добросовестно возвращает ссуду, можно сказать, что кредитору повезло. А если финучреждение сталкивается с невозвратом, закрыть кредитную «дыру» с помощью реализации обеспечения вряд ли удастся. К оценке залоговой массы приставы привлекают независимого специалиста.
Так, согласно данным, предоставленным «Выбери!by» ФССП, некий Люциков О.В. передал кировскому филиалу банка «Петрокоммерц» залог, стоимость которого по договору составляла 400 тыс. рублей. Заемщик не погасил ссуду, а перед продажей имущества привлеченный приставами оценщик развел руками: «выручить» за все удастся не больше 25 тыс. рублей.
Семейный подряд. На залог нередко претендуют не только другие кредитные организации. У заемщика могут оказаться другие долги, выплата которых по закону является первоочередной: для частных лиц, например, это возмещение вреда, причиненного здоровью, или уплата алиментов, а для юридических – чаще всего возмещение налоговой задолженности. «Очередность удовлетворения требований банка в законе не урегулирована, – комментирует Лариса Калганова. – Поэтому, как правило, выплаты кредиторам делаются далеко не в первую очередь».
Законодательными пробелами умело пользуются недобросовестные заемщики. Так, в один из территориальных органов ФССП на должника Иванова А.С. из суда пришло целых два исполнительных листа. Первый предписывал арест и продажу залоговой массы в пользу банка, где гражданин Иванов взял кредит и по нему не расплатился, второй – в пользу бывшей жены, которая подала на нерадивого мужа в суд, чтобы взыскать алименты. Получилось, что деньги, вырученные от продажи залога, «уплыли» в карман экс-супруги должника. Как уж поделила бывшая семейная пара вырученные средства, история умалчивает, а вот банк остался ни с чем.
«Дополнительной гарантией для банка в подобных случаях может служить договор поручительства, подписанный супругой заемщика», – говорит Евгений Ельский. А президент банковской ассоциации «Россия» Анатолий Аксаков уверен, что в такой ситуации банкам помогли бы поправки к закону о залоге. «Выведение обремененного имущества из конкурсной массы позволит банку иметь полное право на обеспечение и уже ни с кем его не делить. В октябре мы вынесем окончательный вариант законопроекта на обсуждение банковского сообщества, а затем внесем на рассмотрение в Госдуму», – сообщил Анатолий Аксаков. Согласно действующему сегодня законодательству, из конкурсной массы выводится лишь заложенная недвижимость.
Законная опасность. Вместе с тем отметим, что законопроект о залоге движимого имущества содержит не слишком выгодные для заемщика положения. Например, должник будет переуступать банку право собственности на залог, что позволит кредитной организации продавать обеспечение самостоятельно, без участия суда и приставов. «Разумеется, участникам рынка удобнее реализовывать залог самостоятельно. Но есть и обратная сторона – кто защитит добропорядочного заемщика от «плохих» кредиторов?», – рассуждает Сергей Лягин. Банкир считает, что существующая сегодня схема продажи залога более безопасна для заемщика, поскольку «банк не сможет прийти и «ограбить» должника, причем на законных основаниях. По мнению эксперта, при выдаче ссуд кредитор в первую очередь должен досконально изучить финансовое положение клиента, залог же нужно воспринимать как второстепенное средство защиты от дефолта.
СХЕМА: Списательный актРасходы кредитных организаций на оплату судопроизводства и услуг приставов зачастую «съедают» все средства, полученные от реализации залога.
К примеру, приставы взыскали с должника холодильник, купленный с помощью потребительской ссуды. На торгах он был продан за 4,2 тыс. рублей. Все эти средства пришлось отдать в счет оплаты объявлений о продаже в газетах. «Но даже если кредит «безнадежен», заемщик малоимущий, а самого залога давно уже нет, банки все равно стараются довести дело до суда и приставов», – уверяет Лариса Калганова из ФССП. Дело в том, что служба выдает кредиторам акт о невозможности взыскания залога. Этот документ необходим для того, чтобы списать «плохой» кредит. Согласно инструкции ЦБ, без данной бумаги погасить ссуду из собственных резервов банк не имеет права. «А если на счету кредитной организации будет множество «плохих» долгов, это может привести к крайне невеселым последствиям – вплоть до отзыва лицензии. Поэтому финансисты безропотно проходят все бюрократические процедуры и оплачивают судебные и исполнительные издержки», – прокомментировал банкир, пожалевший остаться неназванным.