Рубрики
Статьи

«Финанс.» Крупицы банковской системы

«Финанс.» Крупицы банковской системы
«Финанс.» Крупицы банковской системыМы активно развивались, имели большие планы на будущее, но нас лишили лицензии, – сокрушается экс-президент Фундамент-банка Владимир Погосов. – В борьбе Центробанка с отмыванием может пострадать любая кредитная организация».
Регулятор применил к некрупному банку «высшую меру» в ноябре прошлого года («Ф.» № 44, 2007), объяснив свое решение привычной формулировкой – за нарушения закона об отмывании «грязных» денег. Вместе с тем «Фундамент» внешне не был похож на «прачечную». Скажем, в 2007-м он открыл 50 допофисов по России, а до конца текущего года планировал обзавестись еще сотней точек присутствия. «Антиотмывочная кампания ЦБ в первую очередь направлена на уничтожение средних и мелких банков с целью оставить рынок крупным игрокам – госбанкам и иностранным “дочкам”», – уверен председатель правления небольшой московской кредитной организации. Отметим: на прошлой неделе в Госдуму был внесен законопроект, согласно которому ЦБ придется согласовывать с Росфинмониторингом решение об отзыве лицензии из-за нарушений закона об отмывании.
«Зажигалки» и «банкроты». По словам первого заместителя гендиректора Агентства по страхованию вкладов (АСВ) Валерия Мирошникова, регулятор отзывает лицензии у двух типов кредитных организаций. Первая – банки-«зажигалки». Они регулярно сдают отчетность, но при этом не ведут никакой хозяйственной деятельности и фактически не имеют обязательств. В определенный момент их «поджигают» – проводят ряд сомнительных операций, после чего ЦБ окончательно «гасит пламя». «Такое финучреждение стоит недорого, около $1 млн. Пока банк прокручивает серые миллиарды, как правило за месяц или два до отзыва лицензии, теневые бизнесмены успевают окупить затраты на покупку», – говорит один из столичных банкиров. По его словам, закрывая очередную «зажигалку», большого вреда теневому банкингу ЦБ не наносит: на место старых «помоек» приходят новые. Вот только комиссии за подобные операции растут из месяца в месяц. «Пару лет назад ставки составляли 2–3%, сейчас – 5–6%, а то и все 10%, – говорит председатель наблюдательного совета банка «Иваново» Борис Большаков. – Обналичив $10 млн, банк может «наварить» порядка $1 млн. Это соблазнительная сумма даже для честных кредитных организаций, которые зарабатывают прибыль по копейке».
Вторая категория истребляемых финучреждений – банки-«банкроты». «Анализируя их финансовое положение, мы зачастую даже не можем определить, когда банк «потерял» средства, – признается Валерий Мирошников. – Нередко обнаруживается, что отчетность фальсифицировалась почти всю “сознательную жизнь”». К числу таких организаций собеседник «Ф.» относит «Инвесткомбанк Бэлком» (лицензия отозвана в сентябре 2006 года) и Волго-Дон банк («почил» в августе 2007 года). Банки-«банкроты» помимо сомнительной деятельности занимаются и стандартными операциями, хотя могут обслуживать исключительно узкий круг лиц. «Волго-Дону» были предъявлены требования 863 кредиторов на сумму 192,6 млн рублей, а у «Бэлкома» размер обязательств составил 972,3 млн рублей, из которых 29 млн – вклады населения.
«Погубив один банк, теневые бизнесмены принимаются за другой, поэтому мне кажется странным, что ЦБ карает финучреждения, а не конкретных людей», – отмечает один из московских банкиров. Как уверяет Валерий Мирошников, отзывая лицензию, регулятор зачастую обращается в правоохранительные органы: «Скажем, руководитель краснодарского Стройбанка после его ликвидации был осужден. Но «раскрутить» такие дела довольно непросто, поскольку требуются показания людей, серьезная доказательная база».
В поисках инвестора. Вместе с тем на рынке достаточно некрупных, но порядочных банков, которые нашли своих клиентов и ведут «скромный» бизнес. Однако выживать таким организациям становится все сложнее. Не допускать ошибок вовсе – задача почти невыполнимая, вместе с тем регулятор может придраться к чему угодно, сетуют участники рынка. На «промахи» крупного игрока ЦБ, скорее всего, закроет глаза во избежание паники на рынке, а вот исчезновение очередного мелкого «банчика» мало кто заметит. Усугубляет ситуацию мировой кризис, повлекший нехватку средств на рынке. В этой ситуации, скажем, уход двух-трех солидных клиентов может существенно подкосить бизнес кредитной организации.
Многие банки сегодня ищут инвесторов. До недавнего времени большие надежды возлагались на иностранные финучреждения – те, что не сошлись в цене с владельцами крупных банков с широкой сетью или изначально решили самостоятельно развиваться на российском рынке. Скажем, индийский ICICI Bank купил в 2005 году небольшой калужский Инвестиционно-кредитный банк, переименовав его в дальнейшем в АйСиАйСиАй-банк (на 1 ноября 2007?го – 130-е место в рейтинге «Ф.»).
Купить действующий банк, вступивший в систему страхования вкладов (ССВ), было целесообразней, чем получать лицензию: новая кредитная организация имела право на открытие счетов частным лицам лишь через два года работы. Однако с недавнего времени это ограничение отменили для «новичков» с капиталом от 100 млн евро. И если «иностранец» всерьез решил развиваться на российском рынке, то у него есть веские основания начать с чистого листа, поскольку приобретение даже маленького банка – всегда риск получить большой «скелет в шкафу».
«Сегодня проще найти инвестора в России, – соглашается один из собеседников «Ф.». – Небольшие кредитные организации, например, нередко покупают богатые бизнесмены или их дети, вливают средства и начинают пробовать себя в банковской сфере». Скажем, в Станкобанке (уставный капитал на 1 января 2008 года составил чуть больше 10 млн рублей), расположенном в поселке Рощино Ленинградской области, «Ф.» сообщили, что финучреждение недавно приобрел московский бизнесмен, который занимается недвижимостью. Теперь в банке идет серьезная реорганизация.
Самостоятельное объединение некрупных банков, отмечают участники рынка, вряд ли получит широкое распространение. «У каждого свой круг клиентов и свои интересы», – поясняет вице-президент банка «Империя» Давид Дзамашвили. Присоединяться друг другу мелким банкам смысла нет, поскольку в силу «миниатюрности» бизнеса они все равно не смогут составить конкуренцию средним и тем более крупным игрокам, считает председатель правления Арданакс-банка Александр Федорченко: «Им и «складывать» толком нечего, разве что лицензии». Статистика ЦБ говорит о том, что консолидация некрупных кредитных организаций обычно происходит лишь в рамках большого банковского холдинга, который активно развивает сеть в регионах. Скажем, в минувшем году завершилось присоединение Эталонбанка и Масс Медиа банка к Желдорбанку (объединенная структура называется Эталонбанком). Все перечисленные учреждения входят в альянс Урса-банка (17-е место в рейтинге «Ф.» по работающим активам), контролируемый Игорем Кимом. В третьем квартале 2007-го года завершилось присоединение к калининградскому Стройвест­банку пяти кредитных организаций: Волгоинвестбанка, Тюменьпрофбанка, банков «Дорожник», «Дзержинский» и «Евразия». 55% акций Стройвестбанка в прошлом году принадлежали «Уралсибу», который в начале 2008-го увеличил свою долю до 92%.
А вот кэптивные банки, обслуживающие собственных учредителей и их партнеров, продаваться не спешат. «В этом смысле наш банк типичный, работает с рядом столичных предприятий», – говорит Александр Федорченко из Арданакс-банка. Назвать акционеров он не захотел, одним из них является крупная компания, связанная со столичным метрополитеном. По словам Александра Федорченко, «Арданакс» живет расчетным обслуживанием корпоративных клиентов, а также кредитует их сотрудников. О продаже банка акционеры пока не задумываются и будущее кредитной организации видят в развитии private-банкинга – создании финансовго бутика для существующих клиентов. «Что касается розницы, то мы хотели работать на рынке депозитов населения, но нас не пустили в систему страхования вкладов – слишком малы», – сетует Александр Федорченко.
Вкладчик, заходи. Вступившим в ССВ некрупным банкам госгарантии для вкладчиков дали шанс нарастить депозитную базу: предложив более привлекательные, чем у крупных игроков, ставки, можно рассчитывать на приток новых клиентов.
«Мы вошли в систему страхования и менее чем за год смогли увеличить пассивы почти в 10 раз, во многом за счет депозитов населения», – говорит Давид Дзамашвили из банка «Империя».
В «Империю» (уставный капитал – 300 млн рублей) в апреле прошлого года превратился Спортакадембанк. После смерти создателя кредитной организации, видного спортивного деятеля Андрея Кузина, его вдова продала банк компаниям, связанным с недвижимостью. Из сугубо кэптивного финучреждения, обслуживающего счета различных спортивных федераций и фондов, он превратился в «независимую» кредитную организацию, работающую с корпоративными клиентами, в частности, производственными и торговыми компаниями.
Вместе с тем, отмечает Валерий Мирошников, и среди вступивших в ССВ банков нередко встречаются сомнительные организации. Так, приехав в командировку в один небольшой город, первый заместитель гендиректора АСВ вспомнил, что недавно в систему страхования вошел один местный банк. По адресу, где он должен был располагаться, собеседник «Ф.» обнаружил дверь в подвал без вывески. «Меня встретили охранники, которым я сообщил, что хочу положить деньги на депозит. Они посмотрели на меня, как на безумного, а потом один крикнул куда-то вглубь подвала: “Мань, тут какой-то вкладчик пришел, чего с ним делать-то?”».
А для «здоровых» кредитных организаций ССВ – не панацея. «Законодательство, позволяющее вкладчикам в любой момент забрать свои средства вне зависимости от срока депозита, серьезно подрывает и без того шаткое положение мелких банков, – говорит один из собеседников «Ф.». – Первая сотня вряд ли пострадает от того, что гражданин снимет со счета 200 тыс. рублей, а вот у мелкого банка может возникнуть серьезная “дыра”».
Розничный агент. В целом на рынке обслуживания частных лиц небольшие банки не в состоянии конкурировать с крупными игроками: для этого нужны не только хорошие специалисты, но и серьезные вложения в технологии, развитие сети. Тем не менее некрупные финучреждения вполне могут «ухватить свой кусок пирога». Такую возможность им, к примеру, предоставляет Объединенная розничная банковская сеть (ОРБС), развивающаяся при поддержке Ассоциации региональных банков России. Ключевой проект ОРБС – HandyBank. Подключившись к его системе, любая кредитная организация сможет выпускать своим клиентам пластиковые карты и предлагать интернет-банкинг на современном уровне (дистанционное обслуживание счетами). Небольшой банк будет выступать как агент, тратиться на развитие собственных технологий не придется. В числе участников системы – Сламэк-банк (Москва), Примтеркомбанк (Владивосток), Балткредобанк (Калинин­град), СКА-банк (Смоленск).
Но, как правило, ключевым направлением развития «здоровых» некрупных банков, «не зацикленных» на акционерах, является обслуживание малого бизнеса. Эта ниша меньше всего освоена крупными игроками, у которых нет желания вникать в проблемы швейной мастерской или торговца цветами. Предпринимателю зачастую куда удобнее и быстрее получить ссуду в мелком финучреждении, вместо того чтобы обивать пороги кредиторов из первой сотни. «Мы хорошо знаем наших клиентов, а они – нас, – говорит Борис Большаков из банка «Иваново». – Ежегодно мы проводим с ними встречи, где объясняем стратегию развития кредитной организации и ее перспективы. При банке создан бизнес-клуб, где предприниматели могут познакомиться друг с другом и, возможно, стать партнерами».