«Viberi» Модернизация: хорошо, но мало
«Viberi» Модернизация: хорошо, но малоЭтой осенью можно было отметить годовщину официального провозглашения курса на модернизацию экономики страны. Началом отсчета стали два программных документа: статья Дмитрия Медведева «Россия, вперед!», опубликованная в сентябре 2009 года, и последовавшее за ней Послание президента Федеральному собранию. В стратегических «месседжах» модернизация и инновационное развитие были объявлены приоритетными государственными задачами, причем в статье речь шла о том, чтобы продолжить историю России третьей эпохальной модернизацией после уже прошедших петровской и советской. С разбегом. На самом деле заниматься модернизацией Дмитрий Медведев и вообще российская власть начали гораздо раньше. За несколько месяцев до двух программных выступлений президент после серии встреч и совещаний, посвященных инновациям, учредил Комиссию по модернизации и технологическому развитию экономики. А в сентябре 2008 года премьер-министр Владимир Путин создал правительственную комиссию по высоким технологиям и инновациям. Поэтому практически все государственные институты, которые сегодня называют важнейшими инструментами модернизации, – и программа развития технопарков, и Российская венчурная компания, и «Фонд Бортника», и Роснано, и система региональных венчурных фондов – были созданы до памятного президентского послания, а многие и до избрания Дмитрия Медведева президентом. Но если говорить о том, что было реально сделано в течение последнего года, и при этом отбросить чисто пропагандистские акции вроде определения «пяти главных направлений модернизации», то окажется, что фактически запущен только один крупный проект – «Сколково». Другими гордятся, но относить их к большим и существенным затрудняются. Даже действительно хороший, нужный и современный завод по производству светодиодов «Оптоган» модернизационным прорывом может быть назван лишь с большой натяжкой. Зато реальность проекта «Сколково», несмотря на различное к нему отношение со стороны профессионалов, невозможно отрицать. Как заявил «Выбери!by» ректор Российской экономической школы Сергей Гуриев, проект развивается «быстрее, чем можно было бы ожидать». А недавно президент фонда «Сколково» Виктор Вексельберг сказал, что уже в 2011 году фонд поддержит около 100 проектов. От «Сколково» до самых до окраин. Вместе с тем, многие эксперты говорят о том, что одного проекта – даже такого масштабного – недостаточно для модернизации всей экономики. Слишком запущена ситуация в инновационной сфере. Как показало сравнительное исследование инновационных систем в 50 странах, проведенное компаниями «Бауман Инновейшн» и «Стратеджи Партнерс», Россия – единственная страна мира, где инновационная система деградирует. Если в ряде бедных и отсталых стран уровень инновационной активности вырос, то в России он существенно снизился по сравнению с уровнем 1980-х годов, причем ситуация не улучшилась даже в условиях экономического роста 2000-х. Это значит, что в среднесрочной перспективе Россия может потерять свою национальную инновационную систему.Анкетирование 400 крупнейших российских компаний, проведенное агентством «Эксперт РА» в рамках конкурса «Русские инновации», показало, что крупными инновационными проектами могут похвастаться не более 10% всех корпораций. Более того, по данным исследования НАИРИТ, в 2009 году произошел странный переворот: государство начало тратить на НИОКР и инновации больше, чем частные компании, став более интересным и активным участником научно-исследовательской инновационной деятельности, чем бизнес. Даже государственный «Газпром» потратил на НИОКР всего $0,6 млрд, тогда как расходы госбюджета на эти цели составили $13 млрд. То есть поддержка государственного почина со стороны бизнеса остается весьма скромной. И если даже в «Сколково» будет все хорошо, за пределами русской «Силиконовой долины» российская наука может легко продолжить деградировать.Но можно ли проводить модернизацию не в одном элитарном наукограде, а во всей стране? Вокруг этого в экспертном сообществе в течение последнего года развернулась острая дискуссия, которую можно было бы назвать дискуссией о социальной базе модернизации. В поисках базы. Появились скептики, считающие, что в России нет социальной базы для модернизации. Нобелевский лауреат Андрей Гейм, которому агентство Reuters предложило оценить перспективы взятого Россией курса, сказал, что «для таких изменений потребуется несколько поколений», а «прогресс будет идти очень медленно, по капле». В сентябре огромный резонанс вызвало выступление президента ИНСОРа Игоря Юргенса «Что мешает модернизации России», в котором он прямо сказал, что ни российский народ, ни российская элита не заинтересованы в быстрых переменах. Однако социологические опросы, проведенные сразу несколькими исследовательскими организациями, показывают, что заинтересованность в модернизации огромная. Так, исследование, проведенное совместно компаниями ЦИРКОН и OMI Russia, показало, что почти две трети взрослого населения РФ на предложение выбрать между «модернизацией» и «стабильностью» выбрали первый пункт. Аналогичные результаты продемонстрировал опрос пользователей интернета, проведенный сервисом «Глас Рунета»: 76% поддержали модернизацию. Правда, что такое «модернизация», опрошенные понимают совсем не так, как это говорится в руководящих документах. Так, в опросе ЦИРКОНа среди признаков, характеризующих модернизацию, самым важным 47% опрошенных назвали искоренение коррупции, вторым по важности – сокращение чиновников (42%). В опросе «Глас Рунета» также говорили о коррупции и сокращении госаппарата, а заодно и о независимости судебной системы. О том, что эти результаты не являются случайными, свидетельствует доклад «Готово ли российское общество к модернизации», подготовленный Институтом социологии РАН и германским Фондом им. Фридриха Эберта. Из него следует, что главными приоритетами модернизации для россиян являются равенство перед законом, соблюдение прав человека (41% опрошенных), беспощадная и в итоге успешная борьба с коррупцией (38%), установление социальной справедливости (31%). И только 25% назвали в качестве приоритетов формирование эффективной инновационной экономики. Таким образом, у общества есть запрос на модернизацию скорее институциональную, чем техническую. Впрочем, руководство страны и не думает возражать. В июле на заседании комиссии по модернизации, прошедшем на территории университета МИСИС, президент Медведев сам заявил, что модернизация не осуществима без борьбы с коррупцией и укреплением честной конкуренции. Но поскольку институциональная модернизация идет с трудом, то уже не приходится удивляться, что, согласно данным исследования, проведенного осенью Центром стратегических разработок, значительная часть «креативного класса» и часть правящей элиты по разным причинам не только не востребована и не вовлечена в процесс модернизации, но и находится в оппозиции к власти. Эту часть только в Москве оценивают в 500 тыс. человек! Количество и качество. Надежда остается на то, что каждый из уже созданных в России институтов развития будет интенсивно «обрабатывать свою делянку», в результате чего количество разрозненных усилий перейдет в качество. Сегодня каждый из «Модернизационных фондов» может похвастаться теми или иными успехами. По прогнозам Вексельберга, в ближайшие три – пять лет инвестиции в «Сколково» составят около 180–200 млрд рублей. Интерес к инвестициям в проект уже проявили такие компании, как Microsoft, Intel, Cisco и Nokia. Например, Cisco уже объявила о намерении инвестировать в российские венчурные проекты $100 млн.«Роснано» на сегодняшний день одобрило 94 проекта в 30 регионах РФ, их общий бюджет составляет $10 млрд, а инвестиции «Роснано» – более $4 млрд. Крупнейшим из тех, о которых имеется информация, является проект производства солнечных батарей компанией «Хевел» (бюджет – 20 млрд рублей). Но у Анатолия Чубайса есть козыри и в рукаве: по его словам, два-три из рассматриваемых проектов «могут изменить мир». Совокупный размер венчурных фондов, созданных с участием РВК, достигает 21 млрд рублей, региональных венчурных фондов – 9 млрд рублей. Среди проектов, которые РВК относит к своим безусловным успехам, – разработка компании «Русские навигационные технологии», где создали не имеющую аналогов инновационную технологическую платформу, чей годовой оборот уже превысил $7 млн. Еще один любопытный проект РВК – производитель лазеров «Спектралюс», чья выручка может достигнуть к 2013 году $700 млн. Комиссия по модернизации при президенте сама располагает полномочиями по распределению бюджетных средств на поддержку инновационных проектов в сумме 168,9 млрд рублей в течение 2010–2012 годов. Сегодня крупнейшей из поданных в комиссию заявок является проект компании «Русал», которой требуется более 3 млрд рублей на создание сверхмощного электролизера и новой технологии производства алюминия. Во множестве мест – при университетах, институтах, заводах, в технопарках – возникают маленькие ростки нового технологического уклада. Превратятся ли они в сплошную «сеть» и когда это будет – сказать трудно, но сегодня ясно, что успех модернизации будет зависеть от того, насколько государство сможет побудить частных инвесторов соучаствовать в финансировании технологических заделов, чем уже занимаются государственные институты.
Рубрики