«Viberi» Кипр: реконструкция «низконалогового храма»
«Viberi» Кипр: реконструкция «низконалогового храма»Что написано пером. Принятие в 2002 году нового законодательства, ликвидировавшего на Кипре офшорную зону, заставило бизнесменов по-новому взглянуть на финансовые возможности, которые открывает эта страна. Специалисты по налоговому планированию заверили растерявшихся было предпринимателей в том, что слухи о кончине кипрского низконалогового центра сильно преувеличены. Напротив, зарегистрированная на Кипре компания остается весьма удобным инструментом для инвестиций в Россию и из России. Причем максимальными преимуществами в этом отношении обладают резидентные кипрские компании: уплачивая налог на прибыль по ставке 10% (что по европейским меркам совсем немного), они подпадают под действие договоров об избежании двойного налогообложения, которые Кипр заключил с 30 странами.
Договор с Россией очень выгоден. Ставка налога у источника (withholding tax) на дивиденды, выплачиваемые российской дочерней компанией кипрскому холдингу, может быть снижена до 5%. Для этого вклад холдинга в капитал «дочки» должен составлять не менее $100 тыс. Но и в остальных случаях налог взимается по ставке 10%, что ниже стандартной ставки, взимаемой в России в отсутствие договора или невозможности его применить (15%). Проценты и роялти, выплачиваемые из России на Кипр, российским налогом у источника не облагаются. Более того, переводить из Кипра дивиденды, проценты и роялти можно без уплаты налога у источника, даже если эти деньги направляются в офшорную зону. Ни в одной стране Европы законодательство не дает такой возможности (исключение — Великобритания, но там облагаются налогом на прибыль доходы холдингов).
Ну а после вступления в ЕС (ради чего, собственно, власти острова и затевали реформу) Кипр станет замечательной базой для инвестиций в страны союза и из них. Кипрские компании смогут пользоваться Директивой ЕС о материнских и дочерних компаниях (Parent/Subsidiary Directive). Согласно положениям этого документа, дивиденды, выплачиваемые компанией из одной страны ЕС корпоративным акционерам из другой страны союза, могут быть освобождены от налога у источника. Главное условие: акционер должен владеть 25% капитала выплачивающей дивиденды компании в течение года.
Таким образом, резидентная кипрская компания — это удобная промежуточная площадка между российскими активами и офшором — накопителем дивидендов, процентов и роялти. Кроме того, большой интерес в России вызвал мягкий налоговый режим Кипра в отношении операций с ценными бумагами.
«Старые» компании международного бизнеса (IBC) сохранили за собой право на излюбленную россиянами ставку налога на прибыль — 4,25%. Местные посредники успели накопить огромные запасы готовых компаний подобного рода и с радостью продают их «с полки» любому желающему. Однако их популярность не так высока, как раньше, в силу того, что новые льготы на них не распространяются. Есть свои поклонники и у нерезидентных компаний (см. врезку), несмотря на то, что последние не могут использовать соглашение об избежании двойного налогообложения.
Кипрские разночтения. Впрочем, на практике не все оказывается так гладко, как на бумаге. Даже на самом Кипре признают (хотя по понятным причинам не очень охотно), что новое налоговое законодательство в ряде аспектов «сырое». «Практика, связанная с новым налоговым режимом, начинает нарабатываться только сейчас», — рассказывает Савр Босхомджиев, юрист компании «Джон Тайнер и партнеры». «Компании только начинают сдавать отчетность за прошлый год, и возникают определенные вопросы, которые пока не получили однозначного толкования у кипрских аудиторов. Например, существует несколько подходов к налогообложению доходов от операций с ценными бумагами. По закону, принятому в 2002 году, доходы, полученные от продажи ценных бумаг, не облагаются налогами на Кипре. Тогда это было воспринято очень позитивно, поскольку многие кипрские компании работали на российском рынке ценных бумаг. Но, по мнению многих местных аудиторов, эта льгота распространялась только на прирост капитала (так называемый capital gains), и если компания продает и покупает ценные бумаги в торговом режиме (например, сегодня купила их, послезавтра продала, а на следующей неделе опять купила и т. д.), то доходы от такой деятельности не могут трактоваться как capital gains, а являются доходами от обычной торговой деятельности (ценные бумаги в данном случае — товар), и, следовательно, с них должен уплачиваться налог по ставке 10%. Только недавно налоговая служба Кипра окончательно разъяснила, что доход от торговли акциями налогообложению не подлежит. Но это разъяснение касается только акций, в отношении других видов ценных бумаг неопределенность остается».
Разногласия в стане аудиторов возникают и по поводу налогообложения полученных процентных платежей. «Согласно новому законодательству, если кипрская компания получает проценты в результате «обычной деятельности», такой доход не облагается взносом на оборону, если же кипрская компания получает проценты в результате «инвестиционной деятельности», то такой процентный доход подлежит обложению взносом на оборону. Где проходит граница между «обычной деятельностью» компании и «инвестиционной деятельностью», не всегда ясно. А поскольку взнос на оборону по ставке 10% взимается не после вычета всех расходов, а с суммы полученных процентов, то речь идет о довольно значительном увеличении налоговой нагрузки», — считает Савр Босхомджиев.
Брюсселю все мало? Решение о том, каким образом будут истолкованы законодательные нормы в подобных случаях, местные аудиторы оставляют на усмотрение налоговой инспекции Кипра. Вполне возможно, что сформированная в итоге практика не ухудшит положение компаний. Другой исход был бы чреват для экономики острова крупными неприятностями. Однако даже если на этот раз все и обойдется, возникает вполне логичный вопрос: будет ли Брюссель оказывать давление на Кипр с целью дальнейшего ужесточения его налогового режима? Ведущий консультант Группы компаний Consulco International Михаил Соболев убежден, что опасаться этого не стоит. «Налоговая реформа 2002 года долго готовилась и была проведена в абсолютно четком понимании директив ЕС и в соответствии с этими директивами», — говорит эксперт.
Другие консультанты склоняются к тому, что после вступления Кипра в ЕС владельцев зарегистрированных на острове компаний могут ждать неприятные «сюрпризы». Эксперт компании Roche & Duffay Сергей Будылин полагает, что власти Евросоюза, возможно, будут добиваться дальнейшего повышения ставки налога на прибыль. По сравнению с размерами аналогичных налогов в других странах ЕС кипрская ставка остается низкой. Сейчас самый маленький налог среди стран ЕС взимает Ирландия — 12,5%, и на нее соседи по союзу смотрят косо. Кроме того, думает Сергей Будылин, ЕС наверняка не понравится появление у себя своеобразной «черной дыры», через которую будут утекать дивиденды, проценты и роялти. «Давление будет сильное, — считает Савр Босхомджиев. — Я думаю, что власти ЕС скорее всего будут добиваться не повышения ставки налога на прибыль, а введения налогов, удерживаемых у источника при перечислении за пределы союза дивидендов, процентов и роялти. Этот вопрос обсуждался еще на стадии подготовки реформы 2002 года, но тогда киприотам удалось отстоять свои позиции».
Другой эффект от предстоящего вступления Кипра в ЕС владельцы кипрских компаний в полной мере ощущают уже сейчас. На острове зарегистрировано огромное число компаний, годами не сдававших отчетность и не плативших никаких налогов. Причем нередко один и тот же человек контролирует несколько таких компаний. Если раньше власти Кипра смотрели на такое положение дел сквозь пальцы, то в ЕС такая бесшабашность не может сойти с рук. Поэтому владельцам многих компаний сейчас придется выбирать одно из двух: либо сдавать отчетность, либо закрыть компанию.
Что знают двое… В спорах о том, чего стоит конфиденциальность информации на Кипре, сломано немало копий. Чего стоило одно заявление председателя ФКЦБ Игоря Костикова о том, что его ведомство получает информацию о бенефициарных владельцах кипрских компаний. Тогда (около года назад) было много шума: одни главу ФКЦБ дружно опровергали, другие заявляли, что дыма без огня не бывает. Сам же герой скандала заявлял, что его не так поняли. В итоге лишь очень немногие испугались настолько, чтобы со страху свернуть дела на острове. Причина скорее всего в том, что бенефициарными владельцами многих кипрских компаний становятся не реальные их хозяева, а офшоры из других стран или вообще «потерянные паспорта».
Разумеется, власти Кипра не могли проигнорировать требования борцов с отмыванием «грязных» денег. Но и демонстрировать особое рвение в сотрудничестве с зарубежными налоговыми органами у киприотов нет резона. «Кипрские адвокаты и банки обязаны выполнять правило «знай своего клиента» (due diligence) и не могут работать с клиентами, в респектабельности которых не убедились, — поясняет Михаил Соболев из Consulco International. Что касается компаний международного бизнеса, то информация о лице, контролирующем такую компанию, хранится в Центральном банке Кипра. Эти сведения не могут быть выданы до тех пор, пока не будет доказана причастность этого человека к преступлению, уголовно наказуемому на Кипре. Налоговые нарушения не являются уголовным преступлением с точки зрения кипрского законодательства. Надо учесть и то, что IBC для индустрии бизнес-услуг Кипра — существенная часть клиентуры. И поэтому никто из кипрских законодателей, банкиров или адвокатов не заинтересован в том, чтобы клиенты почувствовали снижение степени конфиденциальности».
И все же многих не покидает мысль о том, что банковская и корпоративная секретность на Кипре не более чем миф. «Официально с конфиденциальностью информации все в порядке. Но, с другой стороны, распространено мнение, что по неофициальным каналам получить некоторые сведения через сотрудников банков и офисов не составляет труда», — говорит Сергей Будылин.
Кроме того, распространено убеждение, что на острове сильны позиции российских спецслужб. Но даже страх перед этими рисками — реальными или мнимыми — не ослабляет интереса бизнесменов к возможностям Кипра, а лишь заставляет их быть осторожнее.
Краткое содержание важнейших нововведений налоговой реформы 2002 года• -Упразднено различие между местными компаниями и «компаниями международного бизнеса» (IBC). Налогообложение компаний осуществляется не на основе места их инкорпорации, как раньше, а на основе резидентности. Компания считается резидентом, если ее менеджмент и контроль находятся на Кипре.
• -Компания — резидент Кипра должна платить налоги с прибыли, полученной как на Кипре, так и извне. Может использовать договоры об избежании двойного налогообложения.
• -Компания — нерезидент Кипра платит налоги только с прибылей, полученных на Кипре. Не может пользоваться договорами об избежании двойного налогообложения.
• -Ставка корпоративного налога на прибыль по новому законодательству установлена в размере 10% против прежних 4,25%.
• -От налога на прибыль освобождаются дивиденды (при определенных условиях компании придется платить налог на оборону), часть дохода, полученного в виде процентов, прибыль от операций с ценными бумагами, доходы зарубежных постоянных представительств.
• -«Дедушкина оговорка»: «старая» компания международного бизнеса может по ее желанию продолжать платить налог по ставке 4,25% до 31 декабря 2005 года. Под «старой» IBC понимается компания, зарегистрированная и получавшая некоторый доход от коммерческой деятельности до 31 декабря 2001 года. Однако, если IBC предпочла сохранить низкую ставку, она не может использовать благоприятные положения нового налогового законодательства.
• -Убытки, полученные компанией за отчетный период, могут уменьшать налогооблагаемую прибыль последующих периодов без ограничения срока (прежде было ограничение в пять лет). Кроме того, убытки одной компании, входящей в группу, могут быть зачтены при налогообложении другой компании группы.
Будет ли Кипр единым?На минувшей неделе в Никосии начались переговоры, в ходе которых лидеры греческой и турецкой общин Кипра пытаются достичь соглашения об образовании на острове единого конфедеративного государства. Уже 30 лет Кипр разделен на южную «греческую» и северную «турецкую» части. Последняя — самопровозглашенная Турецкая Республика Северного Кипра не признана в мировом сообществе никем, кроме официальной Анкары. И вот впервые за долгие годы у страны появился реальный шанс на объединение. План, предложенный генсеком ООН Кофи Аннаном, уже был одобрен сторонами. Референдумы в обеих частях острова могут быть проведены уже в апреле. Такая спешка сторонников объединения понятна: 1 мая Кипр должен стать членом ЕС. Если переговоры не принесут результата, в единую Европу сможет вступить лишь греческая часть страны.
Раскол между греками-киприотами и турками-киприотами не особенно мешал острову функционировать в качестве низконалоговой юрисдикции. «Ходовым товаром» были офшорные компании, зарегистрированные в признанной Республике Кипр. Но и Северный Кипр решил не отставать от соседей и написал свое офшорное законодательство, в том числе банковское. Невероятно, но факт — клиенты находились, несмотря даже на то, что финансисты всего мира очень скоро начали воспринимать Северный Кипр как «прачечную» для наркоторговцев и террористов.l
Рубрики